Красная веточка показалась тонкой и хрупкой у него в лапах.
«Ищи Анемону, мою сестру!» – приказал он.
Коралл задёргался в когтях, снова указывая в сторону от Глубокого дворца, но в другую. Слушаясь указаний амулета, Карапакс погрузился в круговое течение, что вело в сторону от континента, к островам.
Поначалу он плыл в приподнятом настроении, и бодрость его росла по мере удаления от дворца. Сестра не прячется здесь, чтобы убить мать. Что бы она ни затеяла, родным смерть пока не грозит.
Налево! Коралл настаивал, и дракончик покинул бытрый поток, поднимаясь к поверхности моря. Работать крыльями и хвостом пришлось для этого усердно. Сине-зелёные пузырьки окутывали словно второй чешуёй.
Амулет вёл к островку, который Карапакс сначала даже не признал – пока не вынырнул на повехность и не увидел развалины древних строений в джунглях.
Островной дворец! Здесь проходила та памятная церемония Когтей власти, и здесь Карапакс, чтобы остаться незаметным, наделил сестру своим даром – и проклятием.
Здесь он и нашёл её теперь. Анемона стояла на берегу и рыла когтями яму, что-то свирепо бормоча. Мокрый песок облепил её лапы и хвост, так что морская принцесса выглядела наполовину земляной.
Волны прибоя старались то утащить Карапакса обратно в море, то швырнуть на песок, яркое солнце непривычно слепило глаза. Дракончик почему-то ожидал, что встретит Анемону либо на глубине, либо под дождём, и этот живописный пляж как-то не вязался с предстоящим поединком дракомантов.
– Анемона! – окликнул он хрипло, выбравшись на берег и переводя дух. Коралл упорно тянулся к её хвосту.
Сестра резко развернулась, черты её исказились от ярости.
– Опять ты, нудный пучок тины! – прошипела она. – Вечно ты всё портишь! Почему бы тебе не оставить меня в покое?
– Ты моя сестра… – Дракончик раскинул крылья по песку и тяжело дышал, отдыхая. – Я беспокоюсь о тебе.
– Правда? – ехидно фыркнула она. – А может, о том, что я могу сделать?
– М-м… об этом тоже.
– Ты не сможешь остановить меня, а потому тебе нечего здесь делать. Убирайся к своим приятелям-неудачникам и заворожённой зазнобе.
– Ты сама наложила на неё заклятие! – Карапакс возмущённо приподнял гребень. – Я тебя не просил!
– Потому что ты слюнтяй, который боится даже попросить! Я не такая и сама беру то, что хочу и чего заслуживаю – как сейчас! – Анемона отвернулась и продолжила копаться в песке.
– Что ты ищешь?
– То, что оставил для меня Мальстрём… Убирайся, Карапакс!
– Анемона… Боюсь, Мракокрад наложил заклятие и на тебя.
– Ирония судьбы… – Принцесса горько усмехнулась.
– Он зачаровал тебя на убийство матери, а может, и Кайры, и остальной семьи.
Она снова рассмеялась.
– Для этого не нужны заклятия, милый братец. Такая мысль придёт в голову каждому, кто с вами познакомится.
– Думаю, это он из мести, – упорно продолжал дракончик, – за то, что сделал с ним Глубин.
– Может, и так, – пожала она крыльями. – Но если я это сделаю, то стану королевой морских драконов, и ему самому придётся меня уважать… А может, и гордиться мною, если он сам всё задумал.
– Но… разве тебе не всё равно? Что с твоей душой? Может, он вовсе не зачаровал твоё ожерелье, и ты теряешь её с каждым своим заклятием.
– Все эти разговоры насчёт души – полная чушь! – фыркнула Анемона. – Добрые драконы то и дело совершают зло, а злые – добро. Ничья душа не бывает целиком доброй. Глупо думать, что она вроде каменной глыбы, от которой магия откалывает кусок за куском. Всё это не имеет смысла! – Она хлестнула хвостом по песку, круша раковины и распугивая крабов. – Ну где же он? Если Мальстрём мне соврал, найду его труп и убью ещё раз!
– Ещё раз? – навострил уши Карапакс. – Как это, ещё раз? Что ты имеешь в виду?
– Да, это я убила его в первый раз! – Анемона презрительно усмехнулась. – Ты и правда думал, что Мальстрём свалился в бассейн с электрическими угрями случайно? Мы узнали, что он пытался убить Цунами, а когда понял, какое могущество у меня в когтях, хотел рассказать матери и принцессе Ожог. – Она пожала крыльями. – Вот и пришлось с ним покончить.
Во имя всех лун! Карапакс вытаращил глаза. А он-то волновался всё это время, что Анемона может, а чего не может, и как магия на неё влияет… А когда она и впрямь сделала что-то ужасное, даже не заметил.
– Вот он! – воскликнула принцесса, разглядев на дне ямы металлический блеск, и принялась лихорадочно копать. – Ага!
Она торжествующе подняла лапу, в которой сверкал длинный обоюдоострый кинжал, изогнутый, словно коготь.
– О луны! – прошептал Карапакс. – Анемона…
– Мальстрёму очень хотелось стать королём, – объяснила она, поворачивая кинжал под солнечными лучами. – Заставлял меня заниматься своим «практическим» колдовством, чтобы я стала злой и захватила трон. Сказал, что здесь закопано идеальное оружие, которое ждёт, когда я буду готова и брошу вызов матери. – Принцесса ухмыльнулась. – Думаю, и для маленькой сестрички сгодится… да и для большой.
– Но… как ты можешь? – с отвращением выдавил дракончик, подавляя приступ тошноты.
