– По листьям шагай осторожно.
– Хорошо, зайчик.
Ну надо же, какая она милая и покорная, когда вокруг нет ни малейшего намёка на опасность! Не скачет на ожившем оборотне озверевшая алхимичка, не машут мечами отчаянные налётчики, да и вообще не видно никакого присутствия людей! Змей фыркал, уже понимая, что злость и возмущение схлынули бесследно, и хотя он обязательно поговорит с женой на эту тему, но речь, скорее всего, пойдёт о том, чтобы выдать ему список условных слов, поясняющих, как она намерена поступить в следующий момент.
«Это хорошо, что мы ушли с того места», – думала Лэни, ловко пробираясь между камней и с тревогой поглядывая назад, туда, где осталось место их прихода, и вперёд, на гнущегося под тяжестью добычи мужа.
Конечно, можно было сделать вид, будто промахнулась, но тогда он сам полез бы гоняться по камням за неповоротливой дичью. А это ещё хуже. Лэни успела заметить, как, прежде чем вскочить на ноги, Змей промедлил одну секунду. И то, что сгоряча бежал ровно, а потом начал прихрамывать, тоже заметила. Но сейчас рано спрашивать, что с его ногой, вот уйдут хотя бы шагов за полтысячи, тогда можно будет вздохнуть спокойнее и заняться его ранами.
Первый признак опасности тихоня заметила, когда, оглянувшись в очередной раз, увидела странный отблеск, мелькнувший на дальних камнях. Она начала оборачиваться всё чаще и вскоре убедилась, что это ей не показалось и неестественный блеск всё приближается.
Хотя и не очень быстро, но неотступно, как ночь.
– Зайчик, птицу придётся бросить. Она помешает бежать.
Змей не поверил своим ушам, услышав эти слова. Как это бросить?
Теперь, когда он протащил её почти двести шагов? Ну уж нет!
– Да, – твёрдо ответила тихоня на его возмущённый взгляд. – Ловушка всё-таки пришла вместе с нами, и нужно уходить.
– Что? – не поверил он всего на один миг, затем оглянулся, рассмотрел необычный блеск, появившийся вдалеке, и разозлился.
Так вот почему она топает позади него молча и покорно, не сделав ни одной попытки идти первой! А он-то считал, что Эста наконец осознала, насколько опасны её выходки и решения!
– Иди вперёд.
– Хорошо, зайчик. Только не бросай птицу где попало, положи в узком месте в ручеёк. – Лени ловко проскользнула мимо мужа и, не оглядываясь, зашагала в ту сторону, где уже угадывались признаки долинки.
Дагорд торопливо сбросил оттянувшую плечо дичь, сунул в воду, стараясь попасть в расщелину между большими камнями, и, с сожалением вздохнув, поспешил за женой.
Некоторое время он не оглядывался, стараясь идти за нею след в след, но, поворачивая за камень, невольно посмотрел в ту сторону и досадливо скрипнул зубами. Лэни была права – это ловушка. Блеск всё расширяется, и теперь граф наконец понял, на что это похоже. На тот проклятый ледник, где она намеренно подвергла себя опасности, чтобы уберечь всех остальных. Пусть и не сразу, но он всё же до этого додумался, только не стал ничего говорить. Да и бесполезно махать кулаками после драки.
Хотя поначалу очень хотелось, и сдерживало лишь понимание: в тот раз жена рассчитала очень верно и сделала всё, чтобы её раны были как можно меньше. Но ведь знать наверняка силу и особенности той ловушки Лэни не могла?! Как не знает и того, на что способна эта. Стало быть, нужно держать её как можно дальше от странного сияния, похожего на блеск ледника, и не позволять никаких выходок.
– Минуту отдыхаем, – твёрдо объявила тихоня, – доставай мою фляжку. Выпей ровно три глотка. И ещё, предупреждаю, не пей из родника. Теперь я сообразила, почему она не сразу заработала, её ловушка. Наверняка флакон упал в воду. И зелье вытекало постепенно и медленно. Зато теперь у неё больше силы… и, как только появится хоть какой-то проход в сторону, будем уходить по нему. По воде она нас догонит.
– Ты знаешь, что это за ловушка? – Сделав три глотка, граф передал флягу жене и бдительно проследил, чтобы она выпила свою долю.
– Могу только догадываться. Но, скорее всего, водная или ледяная, – вздохнула Лэни и вновь шагнула вперёд, вешая на ходу фляжку себе на пояс.
Даг не должен догадаться, что она выпила добавляющего сил и бодрости зелья намного меньше его, делая совсем маленькие глоточки. Но ей и не нужно, она не ранена и выпрыгнула из кареты удачнее, как раз в тот миг, когда распахнутая дверка почти нависала над обочиной. И за это тоже нужно сказать спасибо матушке Тмирне, сёстры не упустили ни одной мелочи, какой могли научить тихонь заранее.
– А тревожного вестника у тебя не осталось? – Судя по вопросу, Змей усиленно искал способ спасения.
– Остался… только он бесполезен. Я сложила все накопители в пирамидку, капсула у меня была на одного, да и та вела в монастырь, – подавив тяжёлый вздох, призналась Лэни, и граф замолчал надолго.
