Выставка «Бриллиантовые драгоценности» не походила ни на что из сделанного Габриэль ранее или созданного позднее. Великолепные фотографии для буклета сделал Робер Брессон — на сей раз он не затягивал процесс и успел все сделать вовремя. Приготовления к выставке шли грандиозные: из особняка Габриэль вынесли мебель, оставив зеркала, хрусталь, прозрачные витрины. Огромное внимание уделили безопасности: Габриэль приняла у себя главного комиссара полиции, они вместе обследовали запоры в доме, и была установлена система сигнализации, целая сеть звонков, так что первый этаж особняка Пийе-Виллей был напрямую связан с полицейским участком квартала. Еще бы — бриллианты для показа владельцы дали напрокат. Все деньги, полученные от реализации билетов на выставку, Шанель планировала передать благотворительным организациям. Деньги поступали не только от продажи входных билетов, но и от продажи каталога, созданного Брессоном. Объявление гласило: «Выставка украшений из бриллиантов, созданных Шанель. С 7 по 19 ноября 1932 года». Далее следовали адрес дома Габриэль, благотворительные организации, для которых происходил сбор денег. Стоимость входного билета составляла 20 франков. Для сравнения: стоимость буханки хлеба — около двух франков, килограмма говядины — около тридцати, дюжины яиц — десять, бутылка красного столового вина — всего два с половиной франка.
Посетителей удивляло многое: купить изделия было нельзя (их после проведения выставки вернули хозяевам), украшения создала великая поборница бижутерии, которая недавно ввела в моду искусственный жемчуг — его могла себе позволить любая женщина, даже с небольшим доходом. И тут вдруг — бриллианты. Габриэль не просто создала оригинальные украшения, она их представила в весьма выгодном свете в самом прямом смысле слова. «Украшенные бриллиантами бюсты бесконечно множились в ширмах зеркал. Очень низко установленный свет бросал на камни странные блики. Обновление форм было бесспорным. Браслеты походили на широкие манжеты. Их можно было видоизменять, делить и в любой момент из одной драгоценности сделать четыре. Колье больше не облегали шею, они рассыпались на плечах звездным дождем. Тиар не было, тонкие полумесяцы на невидимых обручах крепились в волосах. Броши тоже отсутствовали, на длинных цепочках, словно камешки на веревке, были подвешены белые солнца. Наконец, было украшение и в барочном стиле, своеобразная фероньерка, ею любовались, ни минуты не думая, что ее можно носить. Нечто вроде фараоновой челки — челки, которая через десять лет получит название „челки Шанель“, — только сделана она была не из волос, а из бриллиантов одинаковой величины, сияющей занавесочкой спускавшихся до самых бровей»[37]. Как и многие другие украшения, созданные Шанель, бриллиантовые являлись трансформерами: из колье можно было сделать брошь или браслет, их можно было разобрать и использовать для изготовления других предметов. Габриэль и сама любила разобрать браслет или колье, чтобы подарить драгоценные камни внучатой племяннице или жене Андре Паласса.
В изготовлении украшений Габриэль помогали несколько человек. Интереснейшей фигурой является итальянский герцог Фулько ди Вердура. Его кузеном был сицилийский князь Джузеппе Томмази ди Лампедуза, автор знаменитого романа «Леопард». Родился Вердура в Палермо в 1898 году в аристократической семье. После смерти отца в 1923 году он получил титул герцога, но, к сожалению, его финансовые возможности были ограничены. Именно поэтому Вердура решил найти работу, которая бы соответствовала его статусу и положению в обществе. С Шанель герцог познакомился в 1925 году на приеме у общих друзей в Венеции. Как часто случалось, Габриэль быстро заметила талант Вердуры и пригласила его поработать вместе с ней над дизайном украшений, которые ей дарил герцог Вестминстерский. Результат весьма впечатлил Шанель, и с того момента началось их восьмилетнее сотрудничество — Вердуру назначили главным дизайнером украшений компании. С этого поста он ушел в 1934 году и уехал в США, где открыл свое дело. Многие украшения Вердуры известны по сей день, в частности его знаменитый «Мальтийский крест», который герцог часто использовал в дизайне.
