— Нет, все по закону. Этих тварей осудили заочно, разрешалось использовать магию и оружие. Разрешалось бить на поражение, а не задерживать, — василиск вздохнул, — я нашел их всех. Правда, на это мне понадобилось почти сорок лет. Секта. Фанатики, которые уничтожали таких, как я. После того, как сдох последний негодяй, я понял, что цели у меня больше нет. И тогда единственный раз напился так, что не мог стоять, только ползать. Но от одиночества не уползти и не убежать. Кажется, я что-то орал и снова пил. Очнулся только через несколько дней в храме богини…
У меня комок стал в горле, когда я представила его фигуру в темном храме. Один на весь мир. Никого нет. Он — последний. Единственный в роду. Некому прийти, чтобы протянуть руку помощи.
— … не помню, как я туда попал. Увидел воду и полез к ней. Потом осознал, что пью из чаши в руках статуи. И я стал молиться, как мог, как умел, хотя раньше никогда ничего не просил у богини. Пока пил, весь облился, волосы слиплись. От меня воняло сивухой и нечистотами. Стало противно. С помощью магии, привел себя в порядок, и начал думать о том, что делать дальше. Вдруг откуда-то пришел жрец. Он обрадовался, говорил, что не ждал, что кто-то придет в этот старый храм, чтобы записаться в избранники богини. Признаться, я не понимал, какой избранник? Только потом вспомнил, что объявили испытания. Жрец вручил мне кристалл телепорта, и я подчинился. Подумал, что это судьба меня толкает. Когда я увидел Раинеля, Лора с Амраном, то понял, что это возможность обрести новую семью. Эта семья не заменит родителей, деда и сестру, но у меня будут близкие, — руки мужа на моей спине сжались крепче, — через пару лет после того, как мы побратались, мне стало казаться, что все прекрасно и так. Я боялся, что ты появишься и внесешь разлад в наши отношения, и даже порадовался, когда душа не вошла в кокон. Если бы я знал, что буду так счастлив…
Заснули мы глубокой ночью, хотелось разогнать боль воспоминаний, очистить душу. Мы долго и обстоятельно целовались, потом вспоминали что-то забавное, смеялись и снова целовались, занимались любовью, а потом уснули с улыбками. Прошлое нужно оставлять в прошлом.
Следующий день прошел, как обычно. Мэр Ренивера сообщил, что первая партия груза уже отбыла, задержек в строительстве не будет. Общался он со мной еще более уважительно, чем раньше, и даже поблагодарил за помощь Тариле. Я не сразу поняла, что это имя той женщины.
У Алии появился еще один зуб, третий по счету, и вскоре собирался проклюнуться четвертый. должен был возвратиться Амран, и ужинать мы собирались все вместе.
Стол в столовой полностью сервировали, из лаборатории поднялся задумчивый Раинель. Немного не подходящий момент для этого, но я хотела у него кое-что спросить. Дело в том, что прошло уже сорок два дня, как я в этом мире, а месячные так и не пришли. Со слов Амрана забеременеть я не могу, значит, что-то не так. Накануне я поинтересовалась у Лины, количеством дней в цикле. Мало ли, может, у здешних женщин месячные ходят раз в год? (было бы неплохо) Но нет, все, как у нас: раз примерно в двадцать восемь — тридцать дней.
— Раин, — окликнула я мужа, — ты не мог бы после ужина меня осмотреть? Почему-то месячных до сих пор нет.
Конечно, целитель в семье — это здорово, но с такой проблемой обращаться как-то неловко.
— И, правда, странно, — нахмурился Раин.
Он положил мне руку на живот и прошептал заклинание. Не знаю, что показала магия, но, судя по связи, эльф сильно удивился. Он снова прошептал ту же скороговорку, будто не доверяя результату.
— Что случилось? — не выдержала я.
— Ты беременна, — ошарашено выдал Раинель.
— Но как?! Амран же говорил, что мое тело еще как минимум год будет не способно зачать ребенка!
Я хорошо помнила тот наш разговор и слова о том, что на Раинеле и Лоране противозачаточные заклинания, а от старших мужей я без специальных средств забеременеть не могу. Почему-то все в этом мире происходит с бешенной скоростью. Замуж вышла, дочка нашлась, а вот теперь беременность. Я опустилась на стул.
— Кокон не может зачать в первый год, но ты беременна — и это факт…
Раинель опять что-то зашептал и провел рукой. Я вспомнила этот жест. Так же Уорн проверял Алию на наличие крови василисков. Ладонь эльфа вдруг засветилась синим.
— Невероятно, — обрадовался Раинель, — это мой ребенок!
— Если синим засветиться, то значит, что ты — отец? — уточнила я.
— Это заклинание показывает родство. У отца, брата или матери цвет получается насыщенный у внуков, племянников — голубой. И чем дальше родство, тем бледнее цвет и менее интенсивное свечение.
Ага, теперь ясно почему, когда Уорн проверял Алию, никаких спецэффектов не было.
— Чему вы тут так радуетесь? — громко спросил Лоран, заходя в столовую.
— Оля беременна, — все еще несколько растеряно повторил Раин.
— Вот это да! — удивился некромант и, ничего не спрашивая, так же, как эльф до этого, провел рукой и прошептал заклинание.
