По полю скользнул луч света, послышалось тихое журчание мотора. Это был шанс. Николай вскочил и сотворил на лице выражение мировой печали и скорби. Собственно, скорбь и печаль изображать ему было не нужно - все болело! «Жить весело - хрустеть легко!» - оптимистично подумал Николай Владимирович и поднял руку, чтобы остановить попутку.
Свет фар ослепил, взвизгнули тормоза, и рядом остановился серебристый «БМВ». Окно со стороны водителя открылось, в нем показалась удивленная физиономия бритоголового мужика, явно принадлежащего к криминальным слоям населения. Первой мыслью было усвистать обратно в лес, но мужик вполне дружелюбно улыбнулся, сверкнув золотой фиксой.
- Какие проблемы, сестренка? - полюбопытствовал он.
- До райцентра не подкинешь, мил-человек? - прогнусавил Николай Владимирович. - Девочку в обитель везу, беспризорницу. Решили лесом путь сократить, но заплутали маленько.
- Дык конечно! Садитесь, какие разговоры, - согласился водила.
Николай посадил Настену на заднее сиденье, сам уселся рядом с водителем. У коробки передач лежала пачка сигарет и назойливо гипнотизировала, поэтому Николай Владимирович принялся с азартом вещать братку об увеличении количества беспризорников на фоне расслоения социальных слоев населения и обнищания граждан в условиях рыночной экономики, а также прочих социальных проблемах человечества в целом и культурных традициях меценатства в России в частности.
До райцентра добрались с ветерком, высадились на площади, у небольшого ночного супермаркета. Площадь была пустынна и освещалась тусклым фонарем.
- Благослови тебя господи, сын мой, - поблагодарил Николай и на прощание осенил любезного водителя крестным знамением.
- Добрый дядя, - сказала довольная Настена. - Денег на обитель дал. Аж пятьсот рублей. Вот беспризорники-то порадуются!
- И пускай вознаградит его господь за щедрость души! - воздел глаза к небу Коля, прикидывая в уме, на что эту «щедрость души» истратить.
- Ага, пускай. Только зря вы у него пачку «Парламента» с зажигалкой сперли, тетя Элета. Нехорошо. Вас боженька за это накажет, - погрозила ему пальчиком Настена.
- Я? - возмутился Чуйков.
- Давайте деньги, в магазин схожу. Поесть куплю. А вы покамест не отсвечивайте тут. Вдруг дядя вернется и по шеям вам за сигареты надает! В кусты отойдите и ждите меня там. - Настена выхватила у него купюру.
- Значит, так, Настя, - по-деловому обратился к ней Николай. - Здоровое питание - залог красоты. Природа сама выбирает лучшее. В общем, купишь лапшу… Как ее? Не помню, как ее, сама сообразишь. Короче, купишь лапшу, еще чипсы, бульонные кубики, пиво, молоко, зеленый горошек, шоколадные батончики, йогурт, сок, колу, майонез, кетчуп и американские сандвичи. Настоящая монахиня должна хорошо позавтракать.
- Да-а-а, видать, вы очень сильно головой шмякнулись. - Настя сочувственно покачала головой и поскакала в магазин.
Коля немного расстроился, что забыл ее попросить о главном - чтобы она купила волшебный тампон, с которым комфортно по жизни. Словно почувствовав его мысли, Настена в дверях остановилась, обернулась, посмотрела на него серьезно, как-то совсем по-взрослому, махнула рукой, чтобы он шел туда, куда она ему велела, и скрылась внутри.
Отличный момент свалить и отвязаться от девчонки, подумал Николай, отошел на несколько метров от магазина, в тень деревьев и кустов, встал за березу, быстро справил свои нужды, трясущейся рукой прикурил сигарету, глубоко затянулся и с блаженством выдохнул струйку дыма. Ему стало так хорошо, что никаких тампонов не нужно было. И девчонка ему тоже была не нужна, только мешается и под ногами путается. Не пропадет, деньги у нее теперь есть, еды себе купит… Коля сглотнул слюну, еще раз глубоко затянулся. Немного закружилась голова. Он прислонился к шершавой коре дерева спиной. Поймать попутку, рвануть куда глаза глядят, пока Настена в магазине. Зачем она ему? Ну зачем она ему? Только лишние проблемы. Лишняя головная боль. Решено! Пора. Пора идти. Ему нужно идти. «Иди уже!» - Коля нагнулся и внимательно осмотрел свои ноги, которые вдруг стали чужими и никак не хотели его слушаться.
- Ничего с девчонкой не случится! - сказал он своим коленям. - Не пропадет. Не пропадет, говорю! - Николай затянулся в последний раз - вокруг все закрутилось, как карусель, затошнило, перед глазами заплясали разноцветные точки. Чуйков выронил окурок и стек по дереву вниз.
Дождь… Снова начался дождь… Николай открыл глаза. Он лежал на траве под березой. Рядом стояла Настена с открытой бутылкой минеральной воды и пластиковым пакетом.
- Какая же вы бестолковая, тетя Элета! Вроде взрослая женщина, а не знаете, что курить на голодный желудок вредно. И потом, вы же монахиня! Разве монашкам дозволено гадость всякую в рот таскать?
- Я не монахиня, - прошептал Чуйков, с трудом сел, взял у девочки бутылку минералки, отхлебнул из горлышка пару глотков и умылся. На губах появился солоноватый привкус, щеки немного защипало, но стало легче.
