Бармен кивнул, поставил на стойку два стакана, положил на них по пузатой коньячному бокалу с прозрачной маслянистой жидкостью, не глядя бросил в каждый из них по нескольку кофейных зерен и щелкнул зажигалкой. Жидкость вспыхнула синеватым пламенем, медленно поворачивая бокал, он воспламенил от него жидкость в соседнем. Дав нагреться, поднял бокалы на метр от стойки стал медленно выливать горящие струи в стаканы. Делал он это синхронно двумя руками, и вид двух горящих струй, спускающихся с метровой высоты, завораживал. Вылив все, поставил бокалы на стаканы, и пламя погасло. Привычным движением прикрыл пустыми бокалами, лежащие подле трубочки и толкнул стаканы к сидящим. Андрей с Костей подхватили их и стали пить теплую, сладковатую жидкость с привкусом аниса и кофе. Бармен ударил в рынду и по затихающему залу разнесся звон колокола. Допив, до конца, стукнув стаканами по стойке, принялись вдыхать пары из трубочек, затем пару раз глубоко втянули через ноздри воздух из бокалов, которые поднес им бармен. У Кости выступили слезы. Резко выдохнув, они одновременно заорали: «Yes!!!!» и хлопнули друг друга по лбу.
Работа с финансовыми потоками комбината не отнимала у Андрея много времени. Хорошо организованная брокерская контора в Лондоне, работала как часы, и явно страдала от низких объемов. Почувствовав это, Рогов стал вести переговоры с другими русскими производственными компаниями. Конечно, это были не монстры – холдинги, а предприятия одиночки. И тем не менее, используя свой дар убеждать, имея возможности, причем как моральные, так и финансовые, давать гарантии на свою работу, через полгода был сформирован довольно неплохой финансовый пул, коим и занялась лондонская контора. Специалисты были хорошие, и компании, доверившие потоки Череповцу были довольны. Все было объяснимо. Сами они не могли позволить себе специалистов такого уровня. Отдавая средства в руки брокеров, они понимали, что их деньги далеко не самые интересные. Что до Роговской конторы, то здесь все было иначе. Заниматься всякой мелочевкой, чтобы с большим трудом сформировать оборотный миллиард, дело было неблагодарное, если бы не одно НО. Он, в отличии от других участников рынка, не зарабатывал любой ценой, он просто ждал. И во время этого ожидания, единственной задачей было сохранить команду высококлассных профессионалов. Дело это было весьма и весьма недешевое. Кроме того, люди, работающие на Рогова, были заинтересованы не только в зарплатах и бонусах. Привыкшие работать на колоссальных объемах в ведущих банках мира, они могли потерять квалификацию, чутье, сидя без настоящего дела. Теперь ситуация налаживалась, но Андрей, то и дело придумывал специальные операции. Отстраненно это напоминало общевойсковые учения. Выбирался условный противник, разрабатывался детальный план операции, анализировались схемы, делались прогнозы, принимались решения. Потом мир узнавал о резком падении акций какого ни будь мирового гиганта. Цели выбирались исключительно амбициозные. В этом был большой смысл. Во-первых, проверялись люди «на вшивость». Ведь возможности для подкупа у каких ни будь шеллов, пепси или сони, здорово больше, чем у тьмутаракань энерго. Во-вторых, выяснялись прорехи в обороне. Мониторилось все, с целью понять слабые звенья выстроенной системы. Возможности разведки и контрразведки гигантских компаний, были вполне сопоставимы с аналогичными службами развитых государств. Но главное, с помощью этих «учений» удавалось поддерживать в тонусе брокерский механизм. Мир этот, очень чуткий и узкий, был основным оружием. Юноши 25–33 лет, проводящие по пол суток у мониторов в своих кабинетах по всему миру. Большей частью знающие друг друга давно, хотя и почти никогда лично. Вот что было главным. Приказы и просьбы тут не действовали. Это была вселенная намеков и доверия. И все это сообщество, должно было в час икс, сыграть на руку никому неизвестному до поры Череповецкому металлургическому комбинату.