п╠п╬п©п╬я┐п©п≤, п·п∙ п╙п╒п║ п╕п∙п·п╜п≥п·п╘ п·п∙ п╕п▒п°п╔п░п╓ п■п°п≥п·п·п÷п≤п╖п÷пёп╓п╘п≤ п≈п╒п╘п╙п╔п·п÷п╖! я┐п÷пёп∙п■пёп⌡п▒п║ п■п∙п⌡п÷п╒п▒п╓п≥п╖п·п▒п║ п⌡п╒п╘пёп▒ п╪п÷п°п≥п╓п▒ п╖п╓п╒п▒п╖п≥п°п▒ п╣п°п∙п·п╔ п╖… п≥пёп╓п÷п╒п≥п░ пё п╔п▓п≥п пёп╓п╖п▒п²п≥! я─п∙п╒п╖п╘п² п═п÷п≈п≥п▓ п≤п÷п╙п║п≥п· п╪п÷п°п≥п╓п╘ — п╠п°п≥п⌡ п╢п╘п╒п⌡п≥п·. п╫п▒п°п÷ п╓п÷п≈п÷ п╝п╓п÷ п╣п°п∙п·п▒ п·п▒п╚п°п▒ п∙п≈п÷ п╓п╒п╔п═, п╓п▒п⌡ п÷п·п▒ п∙п╜п∙ п╖п╘п·п╔п╕п■п∙п·п▒ п═п÷ п═п╒п≥п⌡п▒п╙п╔ пёп╖п÷п∙п≈п÷ п╓п∙п°п∙п╖п≥п╙п≥п÷п·п·п÷п≈п÷ п·п▒п╝п▒п°п╗пёп╓п╖п▒ п÷пёп╖п∙п╜п▒п╓п╗ п⌡п╒п≥п²п≥п·п▒п°п╗п·п╔п░ п≥пёп╓п÷п╒п≥п░ п╖ п·п÷п╖п÷пёп╓п║п≤. п╩ п╓п╒п▒п≈п∙п■п≥п≥ п═п╒п≥п╝п▒пёп╓п∙п· п╖п÷п╒п÷п╓п≥п°п▒ п²п∙пёп╓п·п÷п≈п÷ п╚п÷п╔-п▓п≥п╙п·п∙пёп▒ п═п÷ п═п╒п÷п╙п╖п≥п╜п╔ п╬п÷пёп÷п╒п÷п≈. я┐п▒п²п▒-п╓п÷ п╪п∙п·п▒ п═п╒п∙п■п═п÷п╝п°п▒ п▓п╘ п■п∙п╒п╕п▒п╓п╗пёп║ п╖ пёп╓п÷п╒п÷п·п∙ п÷п╓ п╒п▒пёпёп°п∙п■п÷п╖п▒п·п≥п║, п╓п∙п² п▓п÷п°п∙п∙ п╝п╓п÷ п·п▒ п╛п╓п÷п² п⌡п▒п╓п∙п≈п÷п╒п≥п╝п∙пёп⌡п≥ п·п▒пёп╓п▒п≥п╖п▒п░п╓ п═п╒п÷п√п∙пёпёп≥п÷п·п▒п°п╗п·п╘п∙ пёп╘п╜п≥п⌡п≥. п╬п÷ п╖пёп⌡п÷п╒п∙ п÷п■п≥п· п╙п▒ п■п╒п╔п≈п≥п² п·п▒п╝п≥п·п▒п░п╓ п≈п≥п▓п·п╔п╓п╗ п∙п∙ п■п╒п╔п╙п╗п║ п≥ п⌡п÷п°п°п∙п≈п≥… я─п÷п≤п÷п╕п∙, п╒п▒п╙п≈п▒п■п⌡п▒ п╓п▒п п·п╘ п⌡п╒п÷п∙п╓пёп║ п╖ п■п╕п╔п·п≈п°п║п≤ п╓п∙п°п∙п╖п≥п■п∙п·п≥п║, п▒ п■п°п║ п╕п╔п╒п·п▒п°п≥пёп╓п⌡п≥ п╣п°п∙п·п╘ п╛п╓п÷ п∙пёп╓п∙пёп╓п╖п∙п·п·п▒п║ пёп╒п∙п■п▒ п÷п▓п≥п╓п▒п·п≥п║! я└п▒п⌡ п╝п╓п÷ п═п╒п≥ п═п÷п■п■п∙п╒п╕п⌡п∙ п▓п÷п∙п╖п÷п п═п÷п■п╒п╔п≈п≥ п╧п╒п⌡п≥ п÷п·п▒ п∙п╜п∙ п╔п╓п╒п∙п╓ п·п÷пё п╒п÷п■п·п÷п п²п≥п°п≥п⌠п≥п≥!..
Понедельник
— Нно-о! — неуверенно провозгласил парень в форменной майке продавца, устраиваясь на спине надувной лошадки.
— «Ну, мертвая!» — крикнул малюточка басом…» — одобрительно кивнул торговому работнику Колян.
Он с интересом наблюдал за тем, как молодой человек ерзает по резиновой конской спине в поисках наилучшего положения.
— Сидеть удобно? — спросила я.
— Очень! — с жаром уверил продавец, колени которого находились вровень с ушами.
— Я засекаю время, — предупредила я, поднимая повыше руку с секундомером, позаимствованным с витрины.
В магазин спортивных товаров «Первый дивизион» мы с Коляном пришли вечером тяжелого дня — понедельника для того, чтобы купить нашему двухлетнему малышу какой-нибудь спортивный снаряд или тренажер. Что-нибудь такое, благодаря чему неугомонный Масянька смог бы избавляться от переизбытка энергии. Ребенок кое-как укладывался спать не раньше полуночи, и это после четырехчасовой пешеходной прогулки по паркам и скверам! Каждый вечер одно и то же, прямо-таки сцены из передачи «В мире животных»: мы с Коляном, склонив головы, кренимся на диване, как парочка хворых попугайчиков, а мальчик галопирует по квартире, как необъезженная лошадь Пржевальского!
— Долгая прогулка по шумному парку со множеством аттракционов — это совсем не то, что нужно ребенку. Его надо утомлять, не перевозбуждая, — авторитетно сказала детская докторша, которой я пожаловалась на нашу проблему.
— То есть физические нагрузки не должны сопровождаться увеселениями? — уточнила я.
— Что ж ему, картошку копать? — вступился за сына Колян.
Сельскохозяйственные работы докторша отвергла и посоветовала физкультурные упражнения. Мне казалось, что наилучшим решением было бы здоровенное беличье колесо, в котором Мася мог бы бегать до упаду.
— Ага, а к колесу провода подвести, чтобы малыш заодно электроэнергию вырабатывал! — одобрил мою идею Колян. — По-моему, он один сможет полквартала освещать!
К сожалению, ничего похожего на беличье колесо в магазине спорттоваров не нашлось. Разнообразные тренажеры Масяньку не впечатлили, и мы с Коляном пришли к выводу, что малыш не сможет в достаточной степени увлечься скучной беговой дорожкой или жалким подобием каноэ. Зато в магазине имелись великолепные надувные звери, собаки и лошади, изготовленные из жутко прочной резины в специальном расчете на многочасовую детскую скачку. Правда, Мася не захотел самолично воссесть на какую-нибудь резиновую животину, но смотрел на игрушки с явным интересом и уходить из угла, отведенного под стойло надувных коней, не хотел.
— Ну, кобеля-то мы точно брать не станем, ездовые собаки хороши для чукотских оленеводов, — заявил Колян, хлопая по упругому боку полосатой лошадки. — Но вот эта коняга мне нравится.
— Это зебра, — поправил его продавец, щуплый юноша не самой спортивной наружности, но очень азартный.
Было очевидно, что ему страшно хочется сбагрить нам какого-нибудь конька-горбунка. Ничего удивительного: стоили верховые лошадки и собачки по сорок баксов за голову и явно не относились к предметам повышенного покупательского спроса.
— Зебры хороши для африканских бушменов, — сказал вредный Колян, очевидно, нарочно нервируя работника прилавка.
— Возьмем зебру, — решительно вмешалась я. — Если, конечно, она выдержит полевые испытания.
Продавец насторожился, и я в двух словах объяснила ему задачу: надо, мол, проверить, насколько изматывает наездника скачка на надувной зебре!
— На старт! Внимание!! Марш!!! — Свободной от секундомера рукой я рубанула воздух в опасной близости от уха продавца, воссевшего на зебру совершенно добровольно.
— Пошел! — продублировал команду Колян.
— Н-н-о! — отчаянно взревел юноша, пришпоривая своего резинового скакуна.
Громко и восторженно завизжал Масяня.
— «Усталость забыта, колышется чад! И снова копыта, как сердце, стучат!» — с пафосом запел кто-то за моей спиной.
Пение сопровождалось ритмичными хлопками. Я обернулась: позади нас уже собрались зрители. В небольшой толпе там и сям пламенели красные форменные майки «Первого дивизиона». Коллеги нашего продавца подбадривали товарища возгласами: «Вперед, Паша!» и «Шашки наголо!».
— Пам-пам! Пам-пам-пам! — одобрительно взревела дудка в расположенном по соседству отделе футбольных принадлежностей.
— Давай-давай! — закричали болельщики.
— Ур-р-ра-а! — нараспев затянул польщенный общим вниманием наездник.
— Красотища! — явно любуясь происходящим, сказал мне на ухо Колян.
Я прищурилась. Скачущий на верной боевой зебре юный продавец разрумянился, вошел в образ и уже размахивал над головой рукой так, словно крутил в воздухе невидимую саблю. Для полноты картины парню не хватало буденновки со звездой и красного эскадрона на заднем плане. А на форменной майке под словами «Первый дивизион» я бы еще приписала: «Имени Василия Ивановича Чапаева».
