Келлер откинулась на спинку сиденья и перевела дух. Впервые, с тех пор как вошла в торговый центр, она позволила себе ненадолго расслабиться.
«Получилось!»
Уинни торжествующе ударила кулачком по спинке переднего сиденья:
— Получилось! Келлер, мы отвоевали Неукротимую Силу! Мы… — заметив, как изменилось лицо Келлер, она осеклась. — Но… кажется, я нарушила приказ… — Она виновато потупилась, наклонив голову. — Мне очень жаль, босс.
— Еще бы, — отозвалась Келлер, с укором взглянув на Уинни. — Ты же могла погибнуть, колдунья, и притом по своей вине.
Уинни поморщилась:
— Знаю. Я не подумала. Извини. — Она вдруг робко улыбнулась.
Подчиненные Келлер прекрасно знали, что она вспыльчива, но отходчива.
— И я прошу меня простить, босс, — напомнила о себе Нисса. Не отрываясь от руля, она скосила на Келлер светло-карие глаза. — Мне было запрещено выходить из машины.
— Но ты решила, что нам понадобится помощь, — возразила Келлер и одобрительно кивнула, встретившись взглядом с отражением Ниссы в зеркале. — И правильно сделала.
На щеках Ниссы вспыхнул слабый румянец. Гален откашлялся и произнес:
— В таком случае прошу простить и меня. Я не хотел вмешиваться в ваши дела.
Келлер повернулась к нему.
Он улыбался смущенно и нерешительно, как Уинни. Славная улыбка. Уголки его губ были приподняты и подрагивали, придавая ему озорной вид. Зеленые глаза смотрели виновато, но с хитринкой.
— Кстати, кто ты такой? — Уинни смерила Галена взглядом. — Тебя послал Рассветный Крут? А я думала, это дело поручили только нам.
— Так и есть. Я принадлежу к Рассветному Кругу, но сюда меня никто не посылал. Просто я… словом, я случайно оказался возле торгового центра и не мог не вмешаться… — Его голос стих, улыбка погасла. — Ты сердишься? — спросил он у Келлер.
— Сержусь? — Она перевела дыхание. — Да я в ярости!
Он удивленно заморгал:
— Я не…
— Ты помешал мне! А ведь я могла его убить!
— Это он чуть было не убил тебя.
— Знаю! — рявкнула Келлер. — Неважно, что стало бы со мной. Важно то, что теперь он жив и на свободе. Вы что, еще не поняли, кто он такой?
Уинфрит помрачнела:
— Ума не приложу. Но он чуть не прикончил меня. Он выплеснул чистую энергию, вроде моей, но в сотни раз мощнее.
— Он дракон, — объявила Келлер и заметила, как напряглась спина Ниссы. Уинни непонимающе покачала головой. — Оборотень из тех, какие не появлялись на Земле уже тридцать тысяч лет.
— Значит, он умеет превращаться в дракона?
Келлер зло прищурилась:
— Конечно, нет. Не болтай ерунды. Не знаю, что он умеет. Мне известно только, что он дракон. В душе…
Глаза Уинни, до которой только сейчас дошло, с кем они столкнулись, в ужасе расширились. А Келлер повернулась к Галену:
— Вот кого ты спас. Это был единственный шанс расправиться с ним, больше никто не застанет его врасплох. А это значит, что во всех его преступлениях будешь виноват ты.
Гален зажмурился, будто у него закружилась голова.
— Прости. Но когда я увидел… Я просто не смог позволить ему уничтожить тебя…
— Мне нашлась бы замена. Не знаю, кто ты такой, но ручаюсь, что и тебя легко заменить. Из всех нас незаменима только она, — Келлер указала на Илиану, которая лежала на сиденье возле Галена, разметав серебристые волосы. — И если ты считаешь, что дракон не вернется и не попытается вновь захватить ее, значит, ты безумец. Я с радостью приняла бы смерть, зная, что избавила мир от него.
Гален пристально взглянул на нее, и Келлер заметила, что при словах «не знаю, кто ты такой» в его глазах что-то промелькнуло. Помедлив, он спокойно произнес:
— Да, мне легко найти замену. И я сожалею о случившемся. Я не подумал…
— Вот именно! Не подумал! А теперь по твоей вине пострадает весь мир.
Гален умолк и откинулся на спинку сиденья.
А Келлер вдруг стало стыдно за свои слова.
«Тебе незачем корить себя за жестокость, — тут же одернула она себя. — Он это заслужил».
Лицо Галена было бледным, в глазах — тоска и боль.
«Вот и хорошо», — мысленно заключила Келлер.
Но тут же вспомнила, как заглянула в мысли Галена. Его внутренний мир был солнечным, теплым и добрым, лишенным темных закоулков и мрачных расщелин. А теперь он изменился. И видно, навсегда. Его расколола широкая черная трещина. Шрам, который останется до самой смерти.
«Ну что ж, добро пожаловать в реальный мир», — с мрачной иронией приветствовала его Келлер.
— Понимаешь, для нас было очень важно спасти Илиану, — негромко объяснила Уинфрит Галену.
Он не спросил, почему это важно, и Келлер отметила, что и прежде он не стал расспрашивать, почему Илиана незаменима.
А Уинни продолжала объяснять:
— Она — Неукротимая Сила. Ты знаешь, что это такое?
— Кто же сейчас этого не знает? — почти шепотом откликнулся Гален.
