На этом чуде, была пёстрая гавайская рубашка и дурацкие очки для подводного плавания, конечности как у человека, но в рыбьей чешуе или же это прилипшее конфетти. Определенно это был человек, при ближнем рассмотрении в ношеном гимнастическом трико с минуту Генри недоверчиво поглядывал на прилипшего к потолку индивида.
— Может, вы встанете с колен и спуститесь на пол?
— Это и есть пол Браунов, тупица! — взвизгнуло нечто.
— Послушайте, а вам там, удобно дышать — и Генри стало почему-то весело.
— Какая невоспитанность, нет, что бы предложить гостю хотя бы стаканчик виски, вы даже не потрудились сделать этого — упрекнуло нечто.
— Извините, я понятия не имел, что пьют существа, ползающие по потолкам в гавайских рубашках — Генри не смог сдержать приступ смеха и рассмеялся.
— Послушайте, а вас не удивляет, что я собственно хожу по потолку? — спросило существо.
Генри закашлялся, чтоб подавить подступивший приступ смеха.
— Ничуть и сейчас я скажу почему. Здесь неподалёку в паре кварталов, проживал один старый индеец, я, правда, запамятовал из какого племени он, но Рокочущая дыра, так его называли, говорил задницей.
— Представляете, сам молчит, а задница песни распевает, причем голосище в несколько октав к нему еще столько церковников приходило, ну знаете, чтоб он вещал по бумажке голосами святых, приходу от благодарных прихожан, да и дыре на огненную воду.
— Ну и что? — с любопытством спросило нечто.
— Да проблема вышла, как бы носитель задницы, он же и владелец был не против, а вот голосистая точка, имела собственное видение, диаметрально противоположное. Задница Рокочущей дыры, желала общаться напрямую с паствой, ну и проповедовать естественно, а это, своего рода обскурантизм.
— Так что же индеец Рокочущая дыра, что с ним стало?
— Расстроился конечно, такой облом скажем из-за капризов задницы, кто мог подумать — ответил Генри.
— Хотя знаете, потом он уехал на какие-то дикие острова в океане и стал там богом у туземцев, с его поющей задницы столько идолов понаделали, весь остров в ягодицах старого индейца. Простите за грубость, райский остров жопы.
Генри замолчал, над чем-то задумавшись — Яркий пример, что каждый занимает свою нишу и вообще есть счастливые люди — после заключил он.
— Знаете, меня всё же беспокоит ваше психическое состояние, вы случайно не того? — и существо покутило пальцем у виска.
— Вот уж напраслина. Ответьте мне, почему некий тип видом похожий на серфингиста, расхаживающий по потолкам должен удивлять? Тем более, напомню я вам, что мой потолок, это пол Браунов.
— Признаюсь честно, в наш век супер синтетических наркотиков, от торчков можно ожидать чего угодно, даже высадку голышом на Луне — лицо Генри было настолько серьёзным, что существо, встав на обе ноги с растерянным видом начало удаляться, через минуту у соседей собака залилась лаем.
Настоящим потрясением оказалась Марта, эта кошмарная секс вамп идущая прямиком на Генри, её губы хищно тянулись к поцелую. Вот они настолько увеличились, что скрыли лицо и Генри побаивался, инстинктивно предчувствуя неладное, скрытое за этими ярко алыми, плотоядными губами.
На данный момент выход был один, отчаянно броситься на эту женщину и побороть её всеми мысленными способами, но попытка потерпела крах. Генри был уничтожен в самом зародыше своего отчаянного броска к спасению, он смятый и измотанный, подобно контуженому солдату искал точку опоры, на которой можно сфокусироваться и вернуться в реальность к рассудочной деятельности.
Марта подошла к зеркалу, поправила выбившиеся локоны и как бы, между прочим, спросила — Как твоё расследование?
Генри не стал интересоваться, почему Марта поступила именно так — Нормально, думаю, у меня уже есть пара подозреваемых — вяло ответил он.
— Генри я правильно тебя поняла, ты, взяв деньги и вяло шевеля конечностями, нет, не летая пулей по всему городу и круша преступный мир, а на расслабленных ногах, нашел, хотя я предположу, что случайно наткнулся на пару недоумков, которые трепали языками в каком-нибудь занюханном баре, о Вэне, это так?
— Генри, хитрожопый ты иудей, где мой, единственный и обожаемый Вэн? — это было начало бурной словесной экспрессии. Генри подозревал, что Марта в своих испражнениях речевых нечистот дойдёт и до бедолаги Моисея.
— Сколько нам потребуется терпения, чтоб пережить все это? — спросите вы, я же в ответ задамся подобным вопросом — А есть ли в природе подобное терпение, существует ли вообще?
— Ты чокнутая! Сегодня меня обвинили в сумасшествии, а я думаю, что весь мир полон буйно помешанных, готовых на всё!
— Но я, же вменяем! Несмотря на спонтанные половые акты, сквернословие, серфингистов на потолке, лающей собаки Браунов, Вэна и о каких деньгах ты говоришь?
Марта удивлённо вскинула брови — Генри тебе нужна женщина, без подружки ты будешь вскоре демонстрировать монашкам свои половые органы, прости это моя вина — её поцелуй добил Генри окончательно, но после она ушла, оставив хаос, запахи, следы помады и тревожное предчувствие от недосказанности.
