– Для поддержания равновесия.
– В каком смысле?
– Для бесперебойной работы генератора необходима стабильность. Наши тела ее обеспечивают.
– Как?
Аколиты, не отвечая, повели ее дальше, куда-то вглубь неболёта. В последней переборке виднелась круглая дверь. Они одновременно приложили ключи-пропуска по обе стороны двери. Створки разъехались, и Виру пригласили войти.
На возвышении в центре комнаты лежала Каира. Глаза у нее были закрыты, грудь и живот обмотаны тугими повязками. К обеим рукам были присоединены прозрачные трубки: по одной струилась алая кровь, по другой – темно-зеленая жидкость. Трубки тянулись к каким-то непонятным приборам у стен. Громыхали насосы, с жужжанием вертелись шестеренки, подрагивали провода. Средоточием всего этого служила огромная стеклянная центрифуга, наполненная темно-зеленой жидкостью.
Озирис сидел спиной к Вире, торопливо делая заметки на листе бумаги.
Вира подошла к возвышению, дотронулась до лба Каиры. От прикосновения Каира вздрогнула, но глаз не открыла. Ее кожа была холодной и влажной на ощупь. Вира осторожно расстегнула пряжку ремня, удерживающего повязку, и стала медленно снимать бинты, но, приподняв последний слой, ахнула и торопливо отступила:
– Черные небеса!
В разверстой груди Каиры медленно и натужно билось поврежденное сердце, но вокруг надрезов собирались зеленые капли, стягивая края ран.
Озирис наконец обернулся к Вире.
– Не волнуйся, – сказал он. – Она жива.
– Что ты с ней делаешь?
– Поддерживаю ее в таком состоянии.
– Клинок пронзил ей сердце, – сказала Вира.
– И перебил позвоночник, – добавил Вард. – Оба ранения очень серьезные. Без моих целительных процедур и круглосуточного ухода к ней не вернется способность ходить и говорить, а дышать ей придется с помощью вот этих машин. – Он указал в угол комнаты, где в неглубоком медном лотке, наполненном багровой от крови водой, лежал кинжал Виры, вытащенный из раны Каиры. – Но императрица Каира Домициана – особенная женщина. Ее тело способно заживить раны, если создать необходимые для этого условия. Что я и сделал. – Он раскинул руки и гордо огляделся. – Ну как, тебе нравится? Разумеется, помещение необходимо обустроить, чтобы императрица чувствовала себя комфортно. Все эти механизмы мы спрячем за красивыми растениями, папоротниками и мхами, а стены надо будет обить тиковым деревом. Времени у нас достаточно.
– Но что ты с ней делаешь? – повторила Вира.
– Что-то подобное ты уже видела. Ее брат обладает теми же способностями к исцелению, но здесь главное – точность и скорость.
Вира снова посмотрела на рану, вспомнила, что происходило с Бершадом в трюме речной баржи на пути в Бурз-аль-дун.
Наконец-то все части головоломки встали на свои места. Леона Бершада казнили за то, что он был любовником Сиру Мальграв и отцом ее пятого, мертворожденного ребенка. Но это не означало, что он был отцом только этого ребенка.
– Каира – сестра Сайласа Бершада, – сказала Вира.
– Да, – кивнул Озирис. – Но аномальные способности проявляются в ней сильнее и четче.
– Раны Сайласа заживали быстрее, – удивленно возразила Вира.
– Сайлас Бершад никогда не получал таких ранений. Позвоночный столб Каиры полностью перерублен у одиннадцатого позвонка. Необходимо время и комплекс тщательно продуманных процедур, чтобы восстановить поврежденные нервные окончания. – Озирис подошел к чану, начал подкручивать какие-то колесики и двигать рычажки. – Впрочем, чего-то подобного и следовало ожидать после нашего поспешного отбытия из Бурз-аль-дуна раньше установленного срока. Каира слишком агрессивно отреагировала, когда узнала, что Ганону известны ее планы, а это, в свою очередь, внесло хаотические коррективы в общий замысел.
Ошеломленно глядя на раны Каиры, Вира не сразу осознала всю важность сказанного Озирисом, однако, поразмыслив, спросила:
– Раньше установленного срока? Значит, ты, так или иначе, собирался покинуть город?
Озирис оторвался от своего занятия и обернулся к Вире. На его лице застыло странное выражение – смесь удовлетворения и злобы.
– Совершенно верно.
Два аколита за спиной Виры приняли боевые стойки. Вира поняла, что ее убьют, если она скажет или сделает что-то не так. Усилием воли она сдержала гнев. Главное – сохранить Каире жизнь, а для этого нужно, чтобы осталась в живых и она, Вира. Однако ей необходимо было узнать ответы на многие вопросы.
– Это ты сообщил Ганону о планах Каиры, – сказала она Озирису.
– Верно, – ответил Озирис. – Сначала я думал, что ей не удастся заполучить поддержку политических кругов, но, когда стало ясно, что она добьется успеха, я решил вмешаться, хотя знал, что она бурно отреагирует на действия Ганона. Правда, не предполагал, что так бурно. Если бы Каира смирилась с тем, что Актус Шип останется у власти, то ей вскоре наскучили бы политические игры Бурз-аль-дуна, и мы с вами тайно улетели бы на «Синем воробье» из Баларии в Альмиру. Именно для этого я вытребовал в свое распоряжение отряд Децимара и все это время занимался обучением лучников. Они должны были провести пять тренировочных полетов.
– А что случилось бы с Линконом Поммолом?
