– Ну вот, как всегда… Сливки снимают другие.
– Нет. Я скажу им, чтобы для этого обязательно привлекли вас, как инициатора расследования. Ко мне они прислушаются, будьте уверены.
– Вашими бы устами…
– Можете не верить, но скоро убедитесь сами. А теперь разрешите откланяться, мне нужно посетить несколько высоких кабинетов…
Пожимаю ему руку на прощание и иду в Штаб, на ходу пытаясь сообразить, что же мне теперь делать. Нет, контрразведку оповещу, конечно, только вот не хочется подставлять полковника Федорова – он тут ни при чем. А, вы хотите знать, кого мне только что показал сыщик? Подождите несколько минут, хорошо?..
– Я к полковнику Федорову.
– Да, мы знаем, проходите, – откликнулся дежурный из своего «аквариума».
Ну что, делаю такое же лицо, как профессиональный игрок в покер в конце турнира, и вхожу в кабинет, миновав улыбчивого адъютанта.
– Здравия желаю, господин полковник!
– Здравствуйте!
– Ну что, закончили свои дела? Когда собираетесь – уезжать?
– Осталось буквально одно небольшое дело, но мне требуется ваша помощь.
– Даже так?
– Именно. Тем более что оно напрямую связано с вашей проблемой. Где мы можем переговорить наедине? Причем гарантированно, чтобы нас не могли подслушать?
Федоров чуть помрачнел, но сказал:
– Пойдемте, здесь есть такое место. И как раз в том отделе, куда нам придется идти в любом случае…
На выходе из кабинета он коротко бросил адъютанту «Я в Центр связи», и повел меня куда-то на первый этаж, где буквально на минуту заскочил в дверь с грозной надписью «Посторонним не входить!». Выйдя оттуда, он повел меня дальше, до тупичка с массивной железной дверью поперек коридора, возле которой несколько раз нажал кнопку звонка. Звук был приглушенным – да, на толщине двери и стен тут явно не экономили.
Посередине двери открылся небольшой глазок.
– Кто?
– Полковник Федоров… И специальный агент к полковнику Остроухову.
– Сейчас доложу.
Так, это и есть «Особый отдел», как я понимаю.
– Входите!
Мы проходим мимо вытянувшегося унтера, сразу же закрывшего после нас дверь, и идем до конца небольшого коридора, где поворачиваем направо.
– Добрый день, Олег Сергеевич! – приветствует Федоров вставшего из-за стола хозяина кабинета. – Представляю вам специального агента, господина Кузнецова. Он занимался нашими проблемами и помог их разрешить.
– Рад встрече! – полковник совершенно искренен. – Хотел познакомиться с вами сразу, но столько дел навалилось… Чем обязан?
– Мне нужна ваша помощь, чтобы провести досмотр вещей, находящихся при одном из офицеров Штаба. Это может быть связано с утечкой сведений секретного характера.
– Я ввел господина Кузнецова в курс дела. Вкратце, естественно, – сообщает ему Федоров.
– У вас есть какие-либо доказательства?
– Один из офицеров Штаба заходил в лавку, где незаконно торгуют магическими артефактами. Понятно, что это очень слабая улика, но хотелось бы проверить все варианты. Разумеется, без излишней огласки. Если подозрения не подтвердятся – то незачем портить жизнь человеку сплетнями посторонних. А если окажется, что я прав – тогда вы можете использовать этот канал в своих целях, как именно – вам лучше знать.
Особист хищно улыбнулся.
– Вы только дайте нам кончик ниточки, а уж мы ее размотаем, будьте уверены!..
– У меня будет только одна просьба – если будете производить какие-либо действия с лавочником – привлеките к этому делу сыщика Сомова из Центрального полицейского участка.
– А зачем?
– Собственно, это его расследование, и я попросил пока не трогать лавочника именно ради вас. Вдруг он вам еще понадобится…
– Хорошо, я вам это обещаю. Ну, и кто этот таинственный офицер?
– Ваш адъютант, господин полковник, – поворачиваюсь я к Федорову.
Тот заметно бледнеет, но «держит удар».
– Это точно? Ошибка исключена?
– Сыщик сказал, что его личность установили еще вчера. А сегодня я пришел к вам, чтобы выяснить, обоснованы подозрения или нет. Не исключаю вариант использования «втемную».
– А как это вообще возможно?
– Не могу объяснить, считайте – профессиональное чутье.
– Кстати… Не могли бы вы продемонстрировать?..
Никаких проблем, лезу в карман, достаю свой жетон и протягиваю ладонь к полковнику. Тот прикасается к металлу, чуть вздрагивает, затем кивает головой.
– У вас есть приспособления, которые могут показать наличие артефактов? – спрашиваю у особиста.
– Конечно есть, все кабинеты регулярно проверяются. И выборочная проверка личного состава тоже проводится. Конечно, негласно, не афишируя, так сказать…
– Покажите мне эти ваши «детекторы», хочу кое-что проверить.
Остроухов кивает, тут же начинает звонить по телефону, вызывая к себе в кабинет специалиста по «темным коробочкам», как он выразился.
Уже через пару минут передо мной на столе лежат два детектора. Так, модели-то устаревшие! Я сразу же сообщаю об этом, полковник разводит руками:
– Чем нас обеспечивают, с тем и работаем, сами понимаете! Запросы на новые детекторы посылали в Центральный Штаб регулярно, ответ один – «Нет средств, работайте чем есть!..»
– Хорошо, сейчас кое-что проверим…
