Молчун замер, а потом медленно повернулся ко мне. Вот никогда не понимал толи он улыбается, толи скалиться, но вскоре меня постигла участь подруги. Молчун так же сгреб меня в объятия, вот только вместо поцелуев он постучал меня по спине. Лучше бы мы ограничились рукопожатием, так бы у меня была лишь сломанная кисть, а теперь придется ребра сращивать.
– Я тоже рад тебя видеть здоровяк, – прохрипел я. – Но ты меня сейчас загубишь.
– Дорогой, – хихикнула Нейла. – Поставь мальчика на место.
Тист ослабил хватку, и у ноги снова встали на твердую поверхность. Варвар подвинул себе громадный стул, который вполне мог заменить стенобитный таран, и уселся прямо напротив меня.
– Все разговоры потом, – нахмурилась Колдунья, вот ума не приложу как она его без слов понимает. Видать – любовь. – Сначало поедим.
Поесть я был не прочь и уже через пол часа на столе стояло жаркое, миска с ароматным хлебом пирожки. Ел я долго, смакуя каждый кусочек. Уже очень много лет я не пробовал домашней пищи и сейчас просто не мог позволить себе быструю трапезу. Нужно было позволить сознанию запомнить этот вкус, запомнить каждый оттенок запаха и все сопутствующие ощущение. Ведь неизвестно когда мне еще раз доведется отобедать не солониной, или не недавно подбитым кроликом. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается, закончился и этот обед, плавно перетекший в ужин. За окном уже смеркалось, а мы так ни о чем толком и не поговорили.
– Вот и чайник закипел, – нарушила звенящую тишину Нейла и сняла пузатого с плитки. – Вот теперь можно и поговорить, только не здесь. Пойдемте в беседку.
В итоге Тисту доверили нести кружки, мне пирожки, ну а чайник как и положено покоился в руках Колдуньи. Так вот нехитрой процессией мы вышли во внутренний дворик и сели в беседку. Поставив съестное на стол мы расселись по местам. При этом Нейла, забравшись на лавку с ногами, устроилась на плече мужа. И у меня в голове сразу всплыла картинка из старого советского мультфильма где бродячая кошка заснула на спине у огромного медведя.
Налив себе чаю и вооружившись пирожком я начал свой рассказ. Поведал друзьям и о страшной пьянке, устроенной в Борсе после победы. Потом припомнил несколько комичных ситуаций, что произошли у нас во время пути до Харпуда. Огромный успех имела история когда мы подшутили над Пило и подсунули ему саму страшную приписную. Вся соль истории была в том что предварительно мы замотали её в легкие одежды, а лицо накрыли еле прозрачной тканью, ну и представили ему как танцовщицу с земель лежащих за Пустыней. Младшей к этому моменту уже мало что соображал от выпитого спиртного. По утру же на весь лагерь раздался душераздирающий вопль, а "пробитые" могли увидеть как через всю. Просеку несется голый мужик и что-то яростно кричит.
Вспомнил я и сам Харпуд, рассказал о том как нас накрыла лавина, о том как блуждал в подземельях Когда же речь зашла о тамошних обитателях то Нейла непрерывно ахала и охала, а вот Тист светился охотничьим азартом и явно мне завидовал. Потом рассказал о Сильвии и ей "кошках". Молчун хмыкнул, а Колдунья не постеснялась отпустить пару ехидных шуточек на весьма плоские темы. Рассказал им о Принце, о том как мы все боялись что по наши души явится Императорская Гвардия и наш путь закончиться в казематах и пыточных.
Я все старался оттянуть момент когда придется сообщать ужасную новость, но так или иначе речь зашла о Мальгроме. Я рассказал о том как мы рубились на парапетах, о том как упал вниз, как зашивал самого себя и как наша армия взяла крепость. Припомнил взятие магазина, и то оружие что отыскалось в нем.
– Кто? – прошептал Молчун, и у меня чуть уши не заложила от его громоподобного голоса.
– Ушастый, – ответил я.
Друзья сразу помрачнели, их лица тронула грусть, вскоре Тист принес из дома бутылку. Выпили. Снова помолчали, снова выпили. Так продолжалось до первой звезды. Ну а затем мы поменялись ролями, рассказывать стала Нейла. Оказывается они после битвы не сразу поехали в столицу, а остановились в одном из пригородов, но по смешному стечению обстоятельств в том же трактире, где будущая семья сняла комнату, остановился бывший учитель Нейлы. Он-то ей и предложил работу в столице. И, что самое удивительное, Нида согласилась исключительно из-за настояний мужа. Когда же я спросил что стало поводом, то Тист растянул губы в улыбке-оскале, а волшебница заботливо погладила живот. У меня аж дыхание перехватило.
– А как назовете? – спросил я.
Пара переглянулась, затем Молчун кивнул и Нейла ответила мне.
– Дайлин если мальчик и Диана если девочка.
– Красивые имена.
– Эльфийские, – кивнула подруга. – Так звали Ушастого.
