– Не притворяйся Тим, – как это часто бывает, иллюзии были вдребезги разбиты суровой реальностью. – Я знаю что ты не спишь.
С легкой долей грусти я открыл глаза и уставился на до боли знакомую фигуру. Сонмар, так же как и всегда, когда приходил проведать своего непутевого ученика, стоял рядом с окном и смотрел на вальсирующие снежинки.
– Не ожидал, дааа, не ожидал, – мне показалось, или в его голосе прозвучала усталость. – За всю мою, заметь не самую короткую жизнь, у меня было много учеников, и все они были совсем разные. Одни находили покой среди книг, другие жаждали битвы смертной. Третьи были гуляками и балагурами, последние слыли еще теми хулиганами. Помню один из них как-то раз взорвал крышу женского общежития, аргументируя это тем что подкоп не удался. Тоннель, кстати, так и не нашли. Но заметь, ни один из них меня не позорил, ты стал первым кому это удалось. Что, в принципе, тоже неплохое достижение.
– Прошу прощения, – повинился я. – Видимо не стоило общаться в подобном тоне с…
– Так опозорил, так опозорил, – качал головой наставник, кажется не замечая моих слов. – Позволить какому-то недоучке с инвалидным даром вторгнуться в свое сознание. Боги, что скажут мои коллеги когда прознают об этом, а ведь они прознают.
– Позвольте, – вскинулся я. – Но вы же сами блокировали мою магию. Как мне по вашему было защищаться?
Сонмар повернулся и вновь в его древних глазах мелькнуло сочувствие, будто он видит пред собой неразумное дитя.
– Тим, пора бы уже понять, что магия это не только что-то сверкающие, светящиеся или взрывающиеся. Магия это в первую очередь ты сам. Неважно сколько бы силен не был твой дар, или дар противника, в первую очередь важно осознавать что магия, как и любая другая сила в этом мире, призрачна и неподвластна разумению смертных. Магия не является аргументом последней воли, и это не кувалда, которой можно прошибать бесчисленное количество стен, воздвигаемых на твоем пути самой жизнью. Магия это тонкая нить, которая показывается избранным, а всех прочих, незримо опутывая, ведет в одной лишь ей ведомом направлении. И твоя печать вовсе не блокирует её, лишь понижает количество энергии в резерве, но никак не самую магию.
Как он разошелся, прям жених на торге. Я ж не его невесту оскорбляю, ну выразился некорректно, подумаешь, мне тут намедни мозги поджаривали, так что всяко простительно.
– Каюсь, был не прав, исправлюсь, – буркнул я и закутался в одеяло. – Если меня еще не пришли выгонять, значит еще не выписан, так что будьте любезны, дайте болезному отдохнуть.
– Как хочешь Тим, как хочешь, – голос наставника стал постепенно затухать, видимо опять свалил, вступив на тропы, ведомые лишь сильным мира сего. – Но не забывай что завтра экзамены, а солнце уже высоко.
Последнее предложение подействовало на меня не хуже чем закись азота на V образный двигатель. Откинув одеяло, я вскочил на ноги, но Сонмара уже и след простыл. Впрочем простоял я не долго, уже через две минуты плюхнувшись обратно на кровать. Мда, по десяти бальной, меня штормило на твердую четверку. Пришлось в который раз стискивать зубы, сжимать волю в кулак, и цепляясь за стены ползти к выходу. Уже перед самыми дверьми предо мной, как лист перед травой, встала местная медсестра, с настолько заковыристым именем, что в целях сохранения здравого рассудка, лучше его в лишний раз не вспоминать.
– Куда это вы собрались молодой человек? – насупилась она. – Вам еще три часа лежать. Ану-ка быстро в постель!
– Наука не ждет, – вздернул я указательный палец и чуть погодя припустил как загнанный заяц.
– Вот сорванец какой, – звучал далеко за спиной сердитый голос.
Но мне уже было все равно. Близились экзамены, а с ними и мой великолепный провал, к которому надо еще и хорошенько подготовиться, дабы великолепный не обернулся полным. Споткнувшись на лестнице, я совершил смертельный номер под названием полет ласточки. Благо пока я летел, в здание решил а зайти стайка моих сокурсниц. Проводив взглядами пролетевшую над их голову тушку, одетую в черный фрак они пожали плечами и отправились по своим делам. Впрочем этого я уже не видел. Шаг удался лишь спустя один промоченный ботинок и два покоренных сугроба, но когда все вышло и в ноги хлынула энергия Жизни, я перешел на повышенную передачу и припустил в сторону общежития. Увы, бежать прямо не получалось, и порой я загибал весьма широкие крюки, оставляя за собой замысловатую вереницу следов.
Вскоре забег с препятствиями в виде неожиданно возникающих людей и сугробов, оборачивающихся клумбами, закончился и я добрался до общаги. Как всегда меня встретил пара глаз, отливающих сталью, и недовольное бурчание на тему вечно спешащей молодежи. Пропустив старческое ворчание я хватаясь за перила, как сорвавшийся альпинист за страховку, взлтеле на нужный этаж и не снижая скорости ворвался комнату.
