Мой семнадцатый круг ознаменовался выбором оружия. Капрал отвел, а кого и оттащил на первую площадку, где стояли стойки с различным оружием. Конечно здесь не было и доли того изобилия что хранился в нашем подполе, но я явно заметил кинжалы, различные мечи, некое подобие рапир, кистени и шесты. Последние пользовались особым успехом. Но не остались без хозяев и мечи с рапирами. Ни один не попробовал на зуб кистень, бесхозными лежали и кинжалы. И, что понятно, все это было выполнено из дерева.
Судя по всему, Милфорд сейчас читал лекцию про оружие и чем оно отличается от орудия, я это уже знал, поэтому решил пойти на сверх-норму и пробежал все двадцать семь кругов. Когда же Капрал смолк, я, не сбивая шага, направился к остальным.
– Лэр! – взревел я, всячески подражая раненному бизону. – Приказ выполнен, лэр!
– Что, все двадцать?
– Все двадцать!
– И не запыхался? – прищурился преподаватель.
Запыхался? Вот после Харпуда я запыхался, после рейдов по зимней Нимии я запыхался, после Добряковских "прогулок" я вообще полз до дома цепляясь зубами за землю. А сейчас я неплохо так отдохнул, полюбовался пейзажным небом и разогнал кровь по телу, хотя сон все равно наседает на меня с неуклонностью торгового агента.
– Никак нет, лэр!
Студенты смотрели на меня с некоторой завистью и злостью, наверняка подумали, что вместо положенных двух десятков хорошо, если четверть оттоптал. Те же мысли, скорее всего, посетили и Милфорда. Тот, посверлив меня стальными и даже опасными глазами, подошел к стойке и кинул мне обычный бастард. И не надо думать, что деревянный меч легче железного, их делают не дураки, и обычно тренировочный вариант ничем не уступает боевому товарищу.
Ловко перехватив деревяшку за рукоять, я пару раз им качнул и выжидательно уставился на Капрала.
– Раз уж ты пропустил разминку, а я только-только закончил свою лекцию. То стоит устроить небольшой показательный поединок. И тебе упражнение и остальным урок, – наши облегченно вздохнули и стали рассаживаться на песок, а вот второкурсники злорадно заухмылялись. Видимо такой показательный бой это местная традиция. Ну и кого же отправят месить новенького? Ответ не заставил себя ждать. – Студиозус Сай"О"Кнелли, шаг вперед!
И этот шаг сделало существо, которое я бы с удовольствием лицезрел в зоопарке, ну или на картинке, но никак не на одном с ним ристалище. Вперед подался, как уже понятно, не человек. Им оказался высокий парень с белыми, как молоко, волосами. Его уши были заострены на кончиках, но не обладали теми размерами, что у того же Ушастого. Чуть темная кожа была не пепельно-серого цвета, как описывают многие фантасты, а скорее цвета мокрого асфальта. Глаза же были красны, как кровь младенца. Темный эльф, житель подгорий и подземелий, вышел против меня. В длинных, не мускулистых, но жилистых руках он сжимал деревянные сабли. И держал их столь уверенно, но в то же время так легко и расслабленно, что я сразу понял – либо я, либо он, но кто-то из нас точно с неделю проведет в больничном крыле.
– Лучший фехтовальщик первых трех курсов, против новичка! Смотрите и запоминайте, что значит быть боевым магом!
Капрал хотел сказать что-то еще, но, каюсь, я его перебил.
– Лэр!
– Чего тебе? – нахмурился он, явно ожидая, что я начну вертеться.
– Можно оружие сменить? – спокойно спросил я. Иллюзий я не питал, с этим бастардом я и секунды не продержусь, меня покрошит даже деревенщина с дрекольем. Я же не какой-нибудь ниндзя, владею всего тремя видами оружия.
– Какое тебе?
– Да вот такое же, – ткнул я пальцем на сабли эльфа.
– Ну как хочешь, – совсем по-нашему, по-солдатски, пожал плечами Милфорд, и, порывшись в стойке, выудил мне две сабли. Одна была довольно длинная, шестьдесят пять сантиметров. Другая короткая, но широкая, сорок пять в длину, и семь в самой широкой части. Не совсем то, к чему я привык, но видимо в Академии предпочитают классику. Я же приверженец новых течений.
– Какие правила? – спросил я. Эльф все это время сохранял полное спокойствие, его выдавали лишь глаза, они цепко ползали по моей персоне. Противник приценивался, и это убеждало меня в его опытности. Любой другой на его месте опустил бы руки и счел бы соперника букашкой, надоедливой мошкарой, но только не он. Кровь прирожденного убийцы не допускала слабостей.
– Тебе они не понадобятся, но – никакой магии, деретесь до потери сознания.
Сильно, никакой тебе первой крови. М-да. Здесь вам не там, это, демоны её задери, Академия.
