– Стоять! – приказал один из них, в звании прапорщика. – Бросай оружие!
– Еще чего! – Девушка повела стволом, нацелив его парню в грудь. Тот на мгновение опешил, а два других солдата схватились за автоматы. Но Наташа и не думала отступать и продолжала упорно сжимать приклад ружья.
Прапорщик улыбнулся:
– Чего ты, дурочка, боишься? Никто тебя не тронет, но ты проникла на территорию военного объекта. Мы должны выяснить, как ты здесь оказалась и с какой целью.
Наташа, кивнув в сторону коз и ведра с лимонником, с вызовом произнесла:
– Вон мой шпионский арсенал.
Прапорщик озадаченно хмыкнул:
– Документы с собой?
Не опуская ружья, девушка протянула ему паспорт. Прапорщик прочитал ее фамилию, проверил прописку, но паспорт не вернул. Приблизившись к Наташе, он безбоязненно отвел ствол ружья в сторону и вдруг радостно улыбнулся:
– Так ты Наталья, что ли? Анастасии Семеновны внучка? А я Петр Романов, на соседней улице живу, не помнишь разве?
Прапорщик оглянулся на солдат, словно приглашал и их разделить радость от нечаянной встречи. Поняв, что инцидент заканчивается благополучно, парни вернули автоматы на прежнее место. Наташа, последовав их примеру, повесила ружье на плечо и пожала руку соседа. Петр удержал ее пальцы в своей ладони и восхищенно прищелкнул языком:
– Надо же, какая из тебя красотка получилась! Сколько мы не виделись? Лет шесть-семь? Помню, бегала по улице белобрысая пацанка, конопатая, с мышиными хвостиками вместо косичек... – Глаза его мечтательно затуманились и тут же вдруг вспыхнули неподдельным интересом. – Замуж-то успела выскочить?
Наташа отрицательно покачала головой.
– И правильно! – Петр удовлетворенно потер руки. – С этим делом спешить никогда не следует. Как, орлы, согласны?
«Орлы» вяло улыбнулись и пожали плечами. Видимо, их мнение не совсем совпадало с мнением командира, но Петр уже отвернулся от подчиненных и переключил свое внимание на девушку.
– К сожалению, я должен препроводить тебя на контрольно-пропускной пункт. Нарушение зафиксировали приборы, и теперь ты должна дать объяснение, как и зачем ты проникла на территорию важного военного объекта.
– Вы шутите?
– Какие шутки? Когда по опушке шла, колючую проволоку заметила?
– Ну и что из этого? Тут ее везде видимо-невидимо. Я точно знаю: раньше никогда здесь никаких военных объектов не было и в помине!
Петр удрученно покачал головой:
– И чему вас в институтах учат? Ухудшение международной обстановки тебе ни о чем не говорит?
– Говорит! – Наташа сердито посмотрела на Петра. – С вашей международной обстановкой скоро в лесу не грибы-ягоды расти будут, а ракеты стратегического назначения. – И мрачно глянула на прапорщика. – Показывайте, куда идти!
Петр повернулся к солдатам:
– Продолжайте обход территории, а я провожу мою сердитую соседку к командиру.
Наташа вытянула руки вперед и с явным ехидством в голосе спросила:
– Как насчет наручников? Надеюсь, нарушителям они полагаются?
Петр развернул девушку за плечо на сто восемьдесят градусов:
– Иди, иди, обойдемся без цепей, а Анастасии Семеновне я посоветую запастись хорошей хворостиной, чтобы поучила внучку, как разговаривать со старшими.
Наташа обиженно дернула плечом, сбрасывая его руку, и двинулась по едва заметной тропинке среди сухой травы и опавших листьев...
На контрольно-пропускном пункте их встретил угрюмый дежурный офицер в чине капитана. Он так долго и дотошно во всем разбирался, что Наташа не выдержала и вспылила:
– Сколько уже вы будете меня здесь держать? По-моему, я убедительно объяснила, что я не китайский, не японский и не американский шпион, мои козы блеют не азбукой Морзе и в ведре просто лимонник, а не взрывчатка.
Капитан огорошенно посмотрел на нее и сухо заметил:
– Похоже, вы основательно начитались шпионских романов, товарищ Ливанова! Но ваше задержание уже отражено в документах, и я по долгу службы обязан сейчас решить, подвергнуть ли вас аресту в целях перевоспитания или провести профилактическую беседу с вами и вашими родителями на предмет укорачивания вашего слишком длинного языка.
Наташа рассердилась:
– А вам, наверно, доставляет удовольствие показывать свою власть над людьми?
Капитан побагровел.
– Не в моих принципах, девочка, грубить дамам. Но меня так и тянет снять сейчас ремень и хорошенько вас выпороть, чтобы знали, как разговаривать с людьми, которые находятся при исполнении служебных обязанностей. – И, отвернувшись от нее, крикнул в сторону двери: – Романов, зайди ко мне!
На пороге тут же возник Петр.
Роясь в бумагах и не поднимая глаз на подчиненного, капитан спросил:
– У тебя в машине место найдется, чтобы эту дикую кошку с ее козами домой доставить?
– Найдем, товарищ капитан, потеснимся, если что.
– Не стоит беспокоиться. – Наташа с вызовом посмотрела на капитана. – Как-нибудь сама доберусь!
– А это уже, милая моя, не получится. Скоро стемнеет, а до поселка не меньше десяти километров. Так что не спорьте. Через час Петр вас доставит домой в целости и сохранности.
