Нынче, однако, его волновали не эти растечения мыслей, а прочистка излучателей в камере предварительного прогрева плазмы. Если без подробностей... он так и сказал Русту, тому заводскому, что занимался ремонтом - без подробностей! - так вот если без них, то излучатели торчали вокруг цилиндрической камеры в количестве одна тысяча двадцать восемь штук, каждый был похож на грушу или маленькую бутылочку, и элементарно выкручивался из гнезда на установке. Дальше дело обстояло не так просто, потому как внутри одной "груши" находилась другая, которую собственно и следовало очистить с внешней стороны. По сути, шлам из плазменной камеры оседал между стенками сосудов, причём проникал в герметично закрытый объём. Соль в том, что объём закрыт в трёхмерном пространстве, а когда работает установка, начинается свистопляска с изменением количества измерений, так что нечего удивляться.
Заводские, протестировав плазмокамеру, пришли к выводу, что излучатели пашут едва на двадцать процентов, и соответственно, их надо менять на новые... на это у Твина имелось слово "NO.", подхваченное на галактических базарах. Да, можно было переделать монтировку и ставить туда излучатели от современных агрегатов, ибо оригинальных нигде не найти, но Жаба с шеи никуда не делась, и оверлункс взялся за работку. Единственное, на что ему пришлось потратиться - это на некоторую услугу от агрегатного цеха, а дальше только своими лапами. Когда Жадность находилась под угрозой, Твин проявлял чудеса изобретательности, и на этот раз быстро дошёл, что один из станков как раз и предназначен для выворачивания предметов наизнанку. Причём машинка делала это не механически, а меняя структуру пространства между атомами вещества, так что обработанная "груша" излучателя представляла собой своё отражение, когда внутренняя поверхность оказывалась снаружи.
Оверлункс набрасывал детали в ведро, заносил в развёрнутую в ангаре надувную радиационную камеру, и чистил железной щёткой, а также полоскал в довольно едком растворе. Шлам имел приличную радиоактивность, и когда просто лежал, ещё ничего, но если мельчить его щёткой в пыль, то это совсем не полезно, так что использовалась камера для фильтрации воздуха. Сам оверлункс, само собой, тоже натягивал защитный костюм, потому как "не трать" вполне относилось и к своему здоровью. Если совсем точно, то делать так, как делал Твин, не стоило, и радиоактивность тут совсем нипричём. Вывернутые наизнанку детали давали довольно странные эффекты, иногда весьма чреватые. Например, глазом было видно, что деталь длиной сантиметров десять, но если прислонить к линейке, то получалось, что все тридцать; иногда щётка вообще проскальзывала через "грушу" из металлокерамики насквозь, стукаясь в верстак. Это вызывало у оверлункса некоторую озабоченность, выражаясь дипломатическим языком, но он предпочитал пользоваться не дипломатическим, а жабократическим. А на таковом это звучало как "оправданный для Прибыли риск".
Ввиду таких опций, излучатели один за другим оказывались очищены, а оверлункс выносил уже несколько вёдер радиоактивного шлама, сваливая в заводской утилизатор, и потратил семь щёток, потому как они сделаны из обычной стали, а материал деталей куда более твёрдый. Вдобавок, щётки были далеко не новые, купленные на барахолке за сумму, бесконечно приближенную к нулю, так что особой жадности по поводу их кончины Твин не испытал. Он просто повыдёргивал остатки стальной щетины, бросив в металлолом, а пластиковые ручки заныкал для будующего использования. Также пришлось потратить литров сорок технического абразивного состава в качестве моющего средства, но, благо, его делали здесь же, на заводе, и выдавали бесплатно. После того, как партия излучателей штук в двести оказывалась очищена, оверлункс катил тележку в агрегатный цех и пропускал обратно через "выворачиватель", возвращая в исходное состояние. Ничего особо сложного, но требует аккуратности и изрядного времени.
- Твин, это просто упоротость, - прямо сообщал ему Руст, когда заходил в ангар, - Их по тысяче штук на каждом двигателе! Никто так не делает.
- Поправься, - показал на него Твин пальцем в защитной перчатке.
- Кроме тебя, никто так не делает, - поправился тот.
- Кроме меня, на этой планете никто так не делает, - ещё больше уточнил Твин, - А по галактике такое сплошь и рядом.
- Но это убийство времени! Это просто вот так вот пыщ, пыщ, пыщ! - показал лапами Руст.
- Убийство времени неподсудно, - показал язык оверлункс, - И учти, что шлам накопился там за время примерно двадцати лет работы. Следовательно, потратить дней десять, чтобы вычистить его, вполне лезет в ворота.
- Серьёзно? - удивился таким фактам Руст, - Если честно, я думал, это просто жабократический ритуал, а не ремонт.
- Жабократический ритуал, это когда ты открываешь тугую дверь и крутишь генератор, - Твин показал на дверь, к которой был наскоро прикручен генератор.
- О, Политбюро подери!...