Возможно, идея пустить жабу в огород на Истрисе не столь хорошая, как это могло показаться, но теперь уже поздняк метаться. Пройдя шмон на станции альфа, которая болталась на дальней орбите планеты,Твин усадил посудину прямо в порт для малых судов, под купол Ист-Лункса, и загнал своё корыто на знакомую этажерку ремонтного завода. Оверлункс, глядючи на яркое солнце Родины, блестящее на материале купола, довольно прищуривался. Надо думать, ведь ему удалось живым и относительно целым, в плане психики, вернуться с Аусвайса. Вдобавок, на него упал мешок удачи, как цокали грызи. Жабец Квото, осуществлявший координацию операции с Халувина, передал данные, из которых следовало, что наиболее вероятное место для фрахтовки требуемых кораблей - Лан Нтан, а лететь туда почти точно мимо Истриса. Эхей, каналья, подумал оверлункс, и зарулил к хате. А кто меня остановит, хихикал он.
Ясное дело, что почти весь завод сбежался позырить на жабца, а некоторые особо одарённые фоткали и даже тыкали пальцами, потрогать такую невидаль. Само собой, Манурь тут же одел на голову картонную коробку и квакнул оттуда, что за просмотр - дензнак, за фотку - три, а кто будет тыкать пальцами, останется без оных. Таким образом, пока Твин варил собак, тобишь дого-варивался, с сотрудниками завода о ремонте корабля, коричневое земноводное успело собрать с олухов двести пятьдесят дензнаков.
- Политбюро подери, вы олухи! - прямо говорил им Твин, - Вы что, жабу никогда не видели?
- Неа! - радостно отвечали олухи, продолжая лезть.
- Уровень закончен с отличием! - квакнул Манурь, делая характерный жест, когда смотришь в пол, а лапу вытягиваешь вверх.
- Да, век живи, век жадничай, - согласился Твин.
Жаба также вызвала не особо здоровый ажиотаж на улицах Ист-Лункса, по которым пришлось добираться к твиновскому дому. Оверлункс реально орысел, как таращатся его сограждане на такую простую штуку. Благо, соваться слишком близко никто не рисковал, потому как жабец постоянно опшикивал себя сверху из заплечной канистры, и шёл в облаке водяной пыли, оставляя мокрый след на дорожках. Манурю даже не требовалось вертеть головой, да и не вертится у него голова - расположение глаз позволяло обозревать почти полный круг, так что и.
- А это вот, квак! - показал лапами жабец, - Купол этот, за какой жадностью?
- В основном, чтобы не сыпать текфопылью по всей планете, а собирать её здесь в фильтрах, - пояснил Твин, - Ну а потом вкрутили и климат-контроль, и всё такое.
- Но это, должно быть, дорогое удовольствие?
- Ага. Но поскольку мы за это платим сами себе, то получается рысь в рысь.
- А скопирую-ка я все материалы по этому куполу, какие найду, - квакнул Манурь, - Я не видел, чтобы где-то ещё так свободно ставили прозрачный пузырь диаметром в десятки километров, и при этом не боялись словить его на уши.
- Скотина, зачем напомнил! - заржал Твин.
Смех смехом, а когда он впервые стал жить в Ист-Лунксе, громадный купол, закрывающий весь город, зачастую вызывал страх от сознания того, сколько тысяч тонн висят над головой. Но, как успел убедиться Твин, подробно изучая систему, там всё достаточно надёжно, чтобы ни при каких обстоятельствах не дать куполу сложиться. Ну и орысительно, подумал оверлункс, шлёндая по широкой пешеходной дорожке, и глазея на сверкающие стеклом высотные здания. Они были нисколько не похожи на извратные "сопли", какие строили на Аусвайсе, и сверкали не как мёртвая статуя, а как свежая листва на дереве, потому как минимум наполовину стены покрывало озеленение. Желтошёрстый непроизвольно заурчал, ловя на уши и нос ласковое тёплое солнышко и слушая щебетание многочисленных птичек, мотылявшихся в ветках.
- Твинни!!! - взвизгнула Кил, и бросилась ему на шею.
Она натурально была рада его видеть, так что даже не заметила жабу, хотя та занимала всю ширину корридора. Только через минуту оверлунксиха поглядела через плечо мужа и округлила глаза:
- Твин, а это - шта?
- Нет, это не шта, - подробно рассказал он, - Это я сделал операцию по снятию с шеи Жабы, теперь она будет отдельно.
Жап и Инла, высунувшие уши из глубин квартиры, покатились по смеху.
- Жадный день! - поприветствовал Манурь, жуя глазами, - Должен заметить вам, оверлунксярыня, что ваш муж самый жадный оверлункс из всех, кого мне доводилось видеть.
- Ну, я всегда это знала! - улыбнулась Кил, - Он у нас вообще самый.
В это время Жап сделал глупость, а именно изобразил "приветствие по старенькому", виданное им в сети да в телепередачах. Реакция жабца была стремительной, и юнец тут же получил в морду добротную пригоршню отрыжки.
- А чё ты хотел? - заржал Твин, - Какой запрос, такой ответ!