Но, это дело для достаточно долгой возни, поэтому оверлункс испил живительного чаю, и принялся за инвентаризацию. Обстрел "Нерасходуемого" привёл к незначительным повреждениям корпуса, и главное, ленточные гусаки уверенно держали удар - их можно было корёжить, но чтобы вывести из строя, требуется очень постараться. Доходная часть состояла из сотни тонн обрезков цветмета, в основном меди, и судя по всему, это были обмотки трансформаторов с мощных подстанций. Это Твину не очень понравилось, потому как он рассчитывал, что у аборигенов есть производства, а оказывается, есть только хабар, которого слишком много не будет. Полученного запаса хватало, чтобы закончить перестройку корабля и возможно, начать строить следующий, но это не снимало проблему снабжения. Харвы, бодро орудуя сразу двумя манипуляторами, пилили добычу на куски, закидывали в кузов, и волокли в нору... тоесть, на базу. После такой развёрстки от транспорта не осталось вообще ничего.
- Манурь, что там с хузяевами этой шхуны? - спросил оверлункс.
- Молчат, - квакнул жабец, - Вроде уже должна быть связь, а они молчат.
Твин окинул взглядом карту на экране, и почесал башку. Базовый корабль уже отмахал почти треть расстояния от экватора к полюсу, если дать примерно столько же - можно добраться до Кхардака, одного из немногих больших населённых пунктов, оставшихся в северном полушарии планеты.
- Думаю, торговать с этими чуваками не столь ущербно, как с минус-партнёрами, - сказал он товарищам, - У них просто не будет возможностей использовать прибыль воимя зла, образно говоря. Поэтому предлагаю проводить перестройку на ходу, и двигаться к Кхардаку.
- Не слышу причин, почему бы нам так не сделать, - пожал ушами Зиктрис, - Коопернёмся, быстрее развернём эт-самое.
- Тогда, поднять гипердвигатель!
С поднятым гипердвигателем "Нерасходуемый" выдавал около двадцати километров в час, и переход занял одинадцать суток, учитывая то, что не везде удавалось идти по прямой. Сухоурбник в иных местах торчал очень сильно, ещё не скошеный ветром, и через него могли проехать только малые формы механизации навроде харва. По мере удаления от экватора температура постоянно снижалась и достигла уже средней отметки в минус двадцать, а это далеко не полюс! Твин немедленно засел сам и зарядил жабцов на то, чтобы вкрутить подогрев во все части типа манипуляторов, которые могут пострадать от сильного холода. Если влупит минус сорок и ниже, сталь станет хрупкой и начнёт ломаться, поэтому придётся греть её, пропуская электроток. То и дело налетали штормовые фронты, посыпая корабль покрышками и абразивной крошкой, так что иногда приходилось прятаться за укрытие и пережидать, чтобы избежать повреждений.
Перекомпоновка корабля, как и планировали, происходила прямо на ходу. Краны переставляли целые блоки, из добытого материала делали новое оборудование, собирая автоматические производственные цепочки - в общем, это была вполне привычная для всех возня, так что организмы запасались чаем, и целыми днями и ночами барабанили по клавам и щёлкали курсерами. Дни и ночи при этом не особо отличались, потому как солнце светило еле-еле, а когда небо закрывала облачность, то вообще никакой разницы, сплошные серые сумерки, плохо пригодные для глаз. Постепенно корабль приобретал вид буквы пэ, и грызи долго ржали над тем, чтобы это значило; на самом деле, пустое место было нужно для того, чтобы там монтировать новые корабли, как в доке. Причём это можно было делать на ходу - сначала собирали раму и подвеску с гусаками, запитывали от базы, а затем на эту основу уже громоздили остальное. Ну, теоретически.
Однако надежды на то, что удастся получить помощь от местных, не оправдались. Всю дорогу Манурь безуспешно пытался связаться с городом, что уже давало повод для подозрений. Густая облачность над регионом, насыщенная пылью, не давала использовать сенсоры суп-фрега - даже активным было бы трудно, а пассивные вообще ничего не видели. Если бы не постоянный сильный ветер, с корабля ещё за многие километры увидели бы огромный дымовой шлейф из того места, где ранее располагался город. Запущенные дроны передали весьма унылую картину. Из низкого сухоурбника возвышалась бетонная стена, сильно наклонная с внешней стороны, потому как рассчитывалась против ветра, и описывала круг около полутора километров, делаясь похожей на вал кратера. Судя по всему, ранее внутри кратера существовали жилые зоны, но теперь всё там оказалось сплавлено в шлак, и внутренность напоминала мангал с ещё дымящимися углями.
- Копана в кот, - не особо оригинально выразился Твин.
- Выразился не особо оригинально, - заметил Зиктрис, - Но тут, думаю, все с тобой согласны.
- Что это за дерьмо? - повела носом Реддишка, разглядывая панораму, - Это могло рвануть что-то внутри?
- Не, - мотнул ухом грызь, - Видите, вон наверху стены отметины от попаданий. Это кто-то нарочно сотворил, а огонь, слышимо, от напалма.
- Скоты, - процедила лиса, - Ничему другому за тысячи лет так и не научились.