Это -- повесть о мире, в чём-то очень похожем на наш, а в чём-то разительно непохожем. Демоны и ками, маги и самураи, рис и тутовник, каллиграфия и интриги... привычно? Понятно? Но откуда тогда взялись ШЕСТЬ стихий? Кто такие люай? Как вышло, что материков только три, куда делась луна и почему ночами на ясном небе за обилием звёзд не различить отдельных созвездий? Главного героя тоже не назвать обычным. Вроде бы он человек... но принимают его то за демона, то за бога, а то и вовсе за триждырождённого... Его путь начат на острове, что отсутствует на большинстве карт, а где завершится -- пожалуй, не изрекут и храмовые предсказатели.Обновление от 24.07.17 г. Пятый оборот, продолжение части шесть (уж точно последней в томе: пришлось поделить из-за выросшего объёма, спасибо лисе ^_0).
Колесо сансары
Оборот первый (финал)
Обитель Поднебесного Успокоения - необычайно красивое место.
В хорошую погоду.
Вырастает из сине-зелёной желейной глади конус давно потухшего вулкана. Издали, если не вглядываться - словно трухлявый пень. Поросший понизу мхом, а поверху отороченный белым лишайником. Но подплыви поближе, - эта иллюзия рассыплется. И мох не мох, а густые, насмерть спутанные заросли. И лишайник не лишайник, а вечный лёд высокогорья. А в "плоти" самого "пня", если чуть внимательнее приглядеться, играет давно запёкшийся, тусклый оттенок кровавого багрянца.
Таким предстал передо мной безымянный остров, где предками устроена Обитель. Остров, который нельзя найти на картах Океана Чудищ; остров, само существование которого - тайна. Почти сорок лет назад, выпущенный из трюма за немалую мзду немного раньше положенного, я в первый (и последний) раз увидел его со стороны.
Обитель Поднебесного Успокоения - необычайно надёжная тюрьма.
А я, как и остальные её пленники - бессрочник.
Никто не казнит сосланных сюда муками плоти. Никто не заставляет нас голодать, мучиться от недостатка сна, не наносит нам ран. Не подвергают нас издевательствам охранники, как то нередко случается в обычных тюрьмах - ибо никакой постоянной охраны нет здесь. И по форме своей, и по сути Обитель - это именно Обитель. Очень уединённый монастырь. Но для такого, каким я был почти сорок лет назад, амбициозного и властного мальчишки, считающего себя невесть кем...
Помимо мук плоти есть иные. Предки знали это очень хорошо. Да, очень. Быть полностью вычеркнутым из жизни и памяти, лишиться привычного статуса и бытовых мелочей, повиснуть в пустоте, где рядом - лишь искры душ иных ссыльных... честолюбие, хитрость, проницательность, знание людской натуры и отточенное умение лжи... к чему хитрость там, где некого и незачем обманывать? К чему честолюбие - если нет больше у тебя ни богатства, ни подданных? К чему ложь, когда ни цели, ни смысла у этой лжи не осталось?
Многие ссыльные "монахи поневоле" кончают самоубийством. Очень многие. Почти сразу, сломленные настигшим позором поражения. Или позже - окончательно осознав, что жизнь на склонах потухшего вулкана закончится отнюдь не чудесным возвращением. Что приплывший издалека корабль привезёт лишь новых ссыльных, а любые попытки взойти на него закончатся неудачей. Кстати, популярный способ самоубийства: довести молчаливую команду так, чтобы прирезали на месте.
Только мало кому из желающих это удаётся. Формально ссыльные неприкосновенны и убивать нас нельзя.
Выжить в Обители можно лишь двумя путями. Сойти с ума, убежав от печальной действительности. Ну, или на самом деле, без шуток, встать на путь просветления. Переоценить себя, познать свою природу, пересмотреть отношения с миром и людьми.
Сделать то, что и положено делать хорошему монаху.
Хотелось бы считать, что я избрал третий путь. Но порой я думаю, что тоже сошёл с ума. Просто более хитро, чем другие ссыльные. Не как самопровозглашённый адепт нагой аскезы, что проповедует всем желающим полный отказ от всего личного, включая имена. Или потерявшийся в грёзах Безумец-из-Беседки, устраивающий гостям эталонные чайные церемонии без чая и властно гоняющий воображаемых слуг, а ночами ловящий и жадно пожирающий живьём мелких животных, а также найденные и выкопанные съедобные коренья.
* * *
Ещё в детстве у меня обнаружился талант управления духовной энергией, сеф. Как многие аристократы, я им пренебрёг. А вот в Обители - правда, не сразу - вспомнил.
Разумеется, я начал тренировки слишком поздно для значительных успехов. Время было упущено безнадёжно. В одном из свитков, ранее доступных мне, я прочёл, что Очаг и система круговорота сеф развиваются лишь до двадцати пяти лет. Иногда того меньше. А меня сослали на тридцать втором году жизни. Поэтому атакующие стихийные Формы воды в моём исполнении могут разве что ранить черноногого или рассмешить мага-ординара. Но есть области управления сеф, в коих сила не так уж важна. А воля и навыки контроля - наоборот.
Медицина. Менталистика. Ритуалистика. Наконец, магия начертаний, она же цемора (в своём изначальном значении): искусство создания как цепочек цем, так и полноценных печатей. Да, особенно цемора - поясной поклон за нынешние мои успехи седому и вислоусому учителю каллиграфии. Которого в пору моего детства я искренне ненавидел за привычку лупить бамбуковой тростью по пальцам. Лупить даже не за помарки - просто за "отсутствие изящества и искренности начертания".
