— Мистер Пендергаст, — произнес Майлз голосом, к которому прибегал для ублажения самых несговорчивых пассажиров. — Вы не желаете сказать нам, что ищете. Не желаете объяснить, почему вы так уверены, что нужный вам предмет находится на борту «Британии». Вы находитесь тут не в силу своего должностного положения. Да и в любом случае мы сейчас в международных водах — ни американские, ни британские законы здесь не действуют. Тут закон представляет наша собственная служба безопасности. Мне очень жаль, но мы просто не можем санкционировать ваше расследование или чем-либо вам помочь. Напротив, мы бы дурно истолковали, если бы ваше расследование обеспокоило кого-либо из наших гостей. — Чтобы подсластить пилюлю, Майлз одарил Пендергаста самой обаятельной своей улыбкой. — Я уверен, что вы понимаете.
Пендергаст медленно покивал:
— Понимаю.
Он слегка поклонился и направился к выходу, но, взявшись за ручку двери, обернулся.
— Полагаю, — бросил он небрежно, — вы в курсе, что на блэкджеке орудует группа счетчиков карт. — И неопределенно кивнул в сторону мониторов.
Майлз посмотрел туда же, но, не будучи тренирован в плане видеонаблюдения, увидел лишь скопление мужчин и женщин за столами, где шла игра в блэкджек, и вокруг столов.
— О чем вы? — резко спросил Хентофф.
— О карточных счетчиках. Высокопрофессиональных и хорошо организованных, чей успех зависит от того, насколько ловко они смогут избежать внимания службы безопасности.
— Что за вздор! Мы ничего такого не заметили. Это что, какая-то игра?
— Для них это отнюдь не игра. По крайней мере, в том смысле, в каком бы вам хотелось.
В течение нескольких секунд специальный агент и управляющий казино смотрели друг на друга. Издав раздраженное шипение, Хентофф обратился к одному из операторов:
— Каков улов на данный момент?
Оператор снял телефонную трубку и коротко с кем-то переговорил. Затем посмотрел на шефа:
— «Мейфэр» потерял двести тысяч фунтов, сэр.
— Где? По всему залу?
— За столом с блэкджеком, сэр.
Хентофф стремительно перевел взгляд на экраны и несколько мгновений таращился на них. Затем опять повернулся к Пендергасту:
— Где они, покажите?
Пендергаст улыбнулся:
— Ах! Боюсь, они только что ушли.
— Как удачно! А каким в точности образом они считывали карты?
— Похоже, воспользовались вариантом «Ред-севен» или «Ки-О». Трудно сказать определенно, учитывая, что сам я не смотрел в мониторы. А их прикрытие достаточно хорошо, так что они, по всей видимости, никогда раньше не попадались. В противном случае в вашей базе данных были бы их фото крупным планом, а идентифицирующие сканеры их бы уже засекли.
Управляющий казино слушал, и лицо его все больше багровело.
— Каким образом, черт возьми, вы раздобыли такую информацию?
— Вы уже сами ответили, мистер… Хентофф, не так ли? Я свободный художник.
Довольно продолжительное время никто не произносил ни слова. Двое операторов перед мониторами сидели как замороженные, не смея отвернуться от экранов.
— Совершенно очевидно, что вам пригодилась бы некоторая помощь в этом деле, мистер Хентофф. Буду рад ее предоставить.
— В обмен на нашу помощь в вашей маленькой проблеме? — саркастически спросил Виктор.
— Вот именно.
Снова повисла напряженная тишина. Наконец управляющий казино вздохнул:
— О господи! Что конкретно вам нужно?
— У меня большая вера в возможности мистера Майлза. У него есть доступ ко всем пассажирским досье. Его работа состоит в том, чтобы общаться, задавать вопросы, выпытывать информацию. Его должность идеальна для содействия. Пожалуйста, не волнуйтесь, мистер Майлз, что обеспокоите пассажиров, — меня интересует только небольшая группа. Я бы хотел знать, к примеру, не оставлял ли кто-либо из этой группы предметы на хранение в центральном судовом сейфе, не находятся ли их каюты под грифом «Недоступно для обслуживающего персонала»… такого рода вещи. — Потом он повернулся к Хентоффу: — Мне может понадобиться также и ваша помощь.
— В чем?
— В… дайте подумать… как это называется… чтобы смазать шестеренки.
Хентофф перевел взгляд с Пендергаста на Майлза.
— Я подумаю, — пробормотал директор-распорядитель.
— Для вашей же собственной пользы, — весомо закончил Пендергаст. — Надеюсь, это не займет у вас слишком много времени. Полегчать на двести тысяч меньше чем за пять часов — довольно скверная тенденция.
Он с улыбкой поклонился и выскользнул из операторской, не сказав больше ни слова.
Констанс потихоньку брела вдоль шестой палубы, словно плывя по течению. Здесь проходила широкая главная пассажирская магистраль лайнера, известная под названием «Сент-Джеймс», с дорогими эксклюзивными магазинами. Несмотря на поздний час — почти половина первого ночи, — не было никаких признаков, что жизнь на «Британии» замирает. Нарядно одетые пары прогуливались, глазея на витрины и негромко беседуя о том о сем. В коридорах стояли огромные вазы со свежими цветами, фоном для разговоров и смеха служило мурлыканье струнного квартета. Пахло сиренью, лавандой и еще шампанским.
