Старик резко моргнул веками глаз, обозначил, что понимает желание Ойкерена узнать о судьбе сына и разгроме разведчиков, а Вервель повел свою речь дальше:
– Имперцы не ожидали увидеть нас, а мы не ждали их, и на несколько кратких мгновений оба отряда остановились на вершине холма. А затем вражеский командир стал действовать, всего на пару секунд опередив нас. Он приказал своим воинам отступать, и метнул в нас одну магическую энергокапсулу, которые так любят имперцы. Но Чердык обезвредил гранату. Он накинул на нее «Покрывало», заклятие, которому перед рейдом его научил уважаемый Риаль, а Мак скомандовал атаку и впереди всех бросился за беглецами. И тут вожак остверов остановился и применил одно из боевых заклятий которого я не знаю. Что-то черное и злое, в виде большой петли, накрыло участок земли. Оствер дернул рукой и после этого от воинов и лосей остался лишь металл, керамика, стекло, часть одежды и сбруя. Я спасся только чудом, вовремя почувствовал опасность, по наитию упал наземь и применил защитный артефакт четвертого порядка «Зеркальная Броня». Амулет хоть и с трудом, но выдержал, я спасся, и развернул силу артефакта между Маком, который вырвался вперед, и оствером. И после этого вожак имперцев отступил. При этом наш сотник постарался достать его броском атмина, но не смог, смазал, и только сбил с головы врага шляпу. А оствер подхватил его атмин и был таков. Странный бой и мне до сих пор непонятно как южанин использовал магию и откуда он получил силу…
– Стоп! – снова в разговор вклинился верховный шаман, который машинально поднял вверх раскрытую левую ладонь, посмотрел на вождя и пояснил: – Необходима пара дополнительных вопросов. Это важно.
– Ладно, – согласился Ойкерен.
Катур вновь сосредоточил свое внимание на Вервеле и задал ему очередной вопрос:
– Оствер точно не маг?
– Да, я уверен в этом. Мои духи говорили, что он не имеет постоянной связи с энергоканалами и я сам ничего не почувствовал. Наверняка, имперец применял артефакты, но я их не видел.
– До этого боя «Зеркальная Броня» использовалась в походе?
– Нет, – сказал Вервель. – Заряд был полный.
– А сколько энергии талисмана было израсходовано при твоей защите?
– Примерно, три четверти заряда.
Старик несколько недоверчиво хмыкнул:
– Серьезно. Где шляпа врага?
Молодой чародей наклонился под стол, где у него находилась походная сумка, порылся в ней, достал черную широкополую шляпу с округлым верхом и передал головной убор Катуру. А старый шаман повертел шляпу в руках, принюхался к ткани и лицевой стороной повернул ее к Ойкерену:
– Посмотри на эмблему вождь.
Глава рода всмотрелся в знак на шляпе, который висел как раз над тонким кожаным ремешком, предназначенным для того чтобы во время конной скачки его можно было натянуть на подбородок. Серебряный круг. В нем еще один, красного цвета, видимо, изображение солнца. А на светиле заостренная с обоих концов тонкая серебряная палочка, древняя, так называемая, истинная руна нанхасов, которая обозначает Справедливость.
Вождь все увидел, подметил, вновь поймал взгляд старика и спросил:
– Думаете, это потомок одного из Рунных родов?
– Видимо, да, – сказал верховный шаман, и спросил Вервеля: – Как выглядел командир имперцев?
– Внешне оствер такой же, как и мы, – ответил он. – Такое же лицо, повадки, движения. Он даже на Мака чем-то смахивал, только волосы менее светлые и плечи немного поуже.
– Ну, с этим потом разберемся, – бросил Ойкерен. – Что дальше было?
Сказав это, вождь не обратил внимания на то, что шляпа оказалась у ламии, которая взглядом подтянула ее к себе, осмотрела головной убор и, чему-то, улыбнувшись, сняла с нее эмблему и спрятала металлический кружок в карман своего комбинезона. Зато это увидел Катур, который не понял действий ведьмы, но не возразил ей. Да и не стал он в тот момент над этим думать, а просто отметил необычное поведение ламии, и опять вслушался в речь одного из своих учеников:
– После столкновения с остверами я уговорил Мака не торопиться. Слишком опасными противниками они мне показались, особенно их вожак. Первая стычка и мы сразу потеряли несколько воинов и Чердыка, а это слишком. И потому дальше мы действовали осторожно, издалека следили за имперцами, обогнули их по флангу, вычислили путь движения вражеского отряда и остановились на дневку. Я предлагал сотнику не трогать южан и ограничиться взятием в плен пары-тройки пленников, которые могли бы дать нам ценную информацию о вожаке остверов и целях его похода в пустоши. Но он меня не послушал, вы же знаете, какой он горячий, и мне пришлось уступить старшему командиру в сотне.
Вервель прервался, кашлянул и исподлобья посмотрел на вождя. Какова его реакция? Ойкерен был сама невозмутимость, ничего не поймешь, и шаман перешел ко второму бою с имперцами:
