– Добро пожаловать, господа – я Атаман, – сказал Колян. – Кто вы, откуда и зачем хотели меня видеть?
– Нас послал к вам шеф, Михаил Александрович, наш президент. Хочет с вами обсудить некоторые имущественные споры и компенсации.
– Эвона кааак… – протянул Николай. – Сам президент! Не хухры-мухры. И чего он нам предъявляет, президент ваш?
– Вы захватили наш арсенал, забрали оружие, убили наших людей. Вам не кажется, что это незаконно?
Казаки тихо засмеялись, и даже спутники старшего неодобрительно посмотрели на него. Он продолжал, как ни в чём не бывало:
– Мы хотим, чтобы вы вернули нам нашу собственность. Мы согласны, чтобы то, что вы вывезли из арсенала, осталось у вас, но остальное – наше. Мы первые его взяли. В общем, это наш арсенал! – выпалил старший.
Николай жёстко посмотрел на него:
– Ваш? Ну попробуйте его тогда взять… Уже пробовали, да? И? Ещё хотите? Не с того начинаете, господа. Арсенал теперь наш и нашим останется. Отнимать его не советую. Мы ведь ответим, а потом мы пойдём к вам и перебьём вас прямо в домах. Да-да, мы знаем, где вы обитаете. И народа у вас не так много. На каждого найдется по пуле, – он усмехнулся, отхлебнул чая и отправил в рот ложечку с прозрачным тягучим мёдом. – В общем, передайте вашему президенту, что мы готовы жить с ним в мире, если не будет нападений и провокаций. Мы готовы торговать, у нас есть свои деньги, налажено производство некоторых видов товаров. Если будет хотя бы попытка нападения с вашей стороны, мы посчитаем это за объявление войны и придём выкуривать вас из вашего муравейника. Вам всё понятно? Что же касается арсенала – вы бы его всё равно не удержали и его обратили бы против нас. А нам не нужна угроза под боком. Вы некомпетентны в отношении военных действий, что вы уже доказали. Лучше будьте с нами в союзе, а не воюйте. Иначе пожалеете.
Колян улыбнулся нарочито радушно:
– А пока располагайтесь. Попейте чайку – мы мирным гостям рады…
Он встал с места и пошёл прочь из зала. Голова его лихорадочно работала. Угрожать, что они выкурят врагов из дома, было, конечно, круто, но вот воевать в полную силу он позволить своим ребятам не может – и так при захвате арсенала положили почти сотню лучших бойцов, не хватало ещё пролить крови. Лучше худой мир, чем добрая ссора.
Гости уехали, пообещав вернуться с ответом через неделю.
Закон #25
Любой человек, совершивший покушение на Атамана или своего командира, будет караться смертью.
Дозорные доложили о прибытии «делегации». Предложение послов было в следующем: в ста километрах от Арсенала есть место под названием Гиблая балка. Там протекает ручей, рядом – поле и луг. В Гиблой балке через пять дней и должны были встретиться договаривающиеся стороны.
Николай созвал своих соратников, чтобы узнать, что они все думают о предстоящем разговоре.
– Господа! Предстоят важные переговоры. Мне ли говорить вам, что полномасштабная война нам не нужна, мы ещё не готовы к ней – мало обученных людей, тем более что мы ещё не оправились после захвата Арсенала. Удержать наши позиции мы можем, без сомнения, но в случае войны нам предстоит свернуть планы по расширению территории, по освоению новых полей. Нашим уделом будут лишь постоянные нападения, стычки, засады. Но и уступить им мы не можем. Я уверен, что там нас ждет засада. С точки зрения войны это очень элегантно – перерезать нас, а потом уже диктовать свои условия оставшимся. Дело осложняется тем, что они знают, что мы из себя представляем, а нашей разведки нет в их городе. Дима, это твоя вина. Надо было заслать к ним людей.
– Виноват, Атаман. Пока мы нашли их город, пока его осматривали…
– Пока вы осматривали, они уже засланных казачков к нам закинули! Выказали мы себя полными лохами. Впрочем, это может и к лучшему. Есть у меня один план. Раз они считают нас лохами, солдафонами…
Жарко…
Николай привалился к стволу берёзы на опушке леса и, сорвав травинку, засунул её между зубов – проклятая курица была такой жилистой, что ее скорее можно было отнести по виду не к курам, а к страусам.
Рядом с ним в разных позах лениво раскинулись остальные казаки, пообедавшие из взятых с собой запасов. Спиртное было на выездах под запретом, но квасу у всех хватало, и они лениво потягивали его из пластиковых бутылок.
