- Вчера я был неспособен, - проворчал Никита, проверяя карманы в куртке, - ага, есть, не потерял.
- Не способен он был, ага, - передразнила его Майка, - чуть чести не лишилась…
- Не лишилась же! – успокоил её Никита, укрывая курткой, - Сиди так пока.
- Сырая и холодная! – передёрнула плечами девочка.
- Потерпи, с ней теплее будет. А там, глядишь, и костёр разгорится!
Никита натянул сырые и холодные трусы. Несмотря на заклинание, что девочка его сестра, тело плохо слушалось. Побежал в рощицу бегом, чтобы немного согреться.
Через немного времени вернулся с хворостом, вывалил его в кучу и умело разжёг костёр.
Попросив Майку следить за огнём, убежал за следующей порцией дров.
Майка встала и сняла с веток свою одежду. Воткнула ветки в землю возле костра и повесила сушиться маленькие вещички, похожие на тряпочки для мытья окон.
Прибежал Никита с большой охапкой дров.
- Вот! – победно выпрямился он.
- Высуши свою одежду, - предложила девочка, - я не буду смотреть. А то простынешь, в мокром.
- Ладно, - смутился отчего-то молодой человек.
Они сидели у костра, молча грелись и обсыхали.
- У тебя есть какие-нибудь идеи? – спросила девочка.
- На какой предмет? – спросил Никита.
- На предмет, как отсюда выбраться. – Никита хмыкнул.
- Ты нас сюда затащила, теперь открывай портал и пойдём. Сейчас, только обсохнем и оденемся, не торопись!
- Я бы голышом выскочила. Только не чувствую ничего. Как будто закрыто пространство.
- И что делать будем? – Никита хитро прищурился.
- Рассчитывать развёртку надо, наверное, - повесила носик девочка.
- Вот видишь… - Никита хотел в чём-то упрекнуть ученицу, но потом вспомнил, что Майка только начала учиться, понятия не имеет, как это делается, и влипла в переделку просто по незнанию.
- Прости, - сказал он, - я сейчас попробую сосредоточиться и выбрать направление в сторону сложения сил.
Солнце уже поднялось над деревьями, когда Никита встряхнулся и рукой указал направление:
- В ту сторону нам надо двигаться!
- Хорошо хоть, не в болото, - вздохнула девочка. Она встала, осмотрела плавки с недовольным выражением на лице:
- Всё в грязи. Как это надевать?
- Одевайся, не капризничай, - отозвался Никита, - найдём чистую воду, постираешь.
Одевшись, путники отправились в сторону восходящего солнца.
Ни одного намёка на тропинку не было, как не было и густого подлеска. Под ногами были мох и камни, сильно задерживающие путников. Когда они уже держались только на упрямстве, вышли на поляну, на краю которой стояла избушка, похожая на охотничий домик.
- Кажется, мы на верном пути! – довольным голосом сказал Никита.
- По крайней мере, не под открытым небом заночуем! – просипела Майка.
- Устала? – улыбнулся Никита, - Может, на ручки взять?
- Себя донеси! – бросила девочка, с трудом переставляя ноги в кедах.
В избушке оказалась печь и топчан. У крохотного окошка стояло некое подобие стола и лавка.
Девочка устало опустилась на лавку и замерла.
- Я отдохну, ладно? – попросила она.
- Отдохни, - согласился Никита, - сейчас растоплю печь, может, какую-то еду найду… - его слова перебило громкое урчание из Майкиного живота. – Ладно, молчу! – Парень вышел из избушки.
Через некоторое время он вернулся с охапкой дров, стал набивать поленьями зев печки. Потом чиркнул зажигалкой и в печурке весело затрещал огонь.
- В таких избушках обычно оставляют крупу, соль, - сообщил он девочке, - сейчас поищу.
- Мы тоже должны что-то оставить, - подала голос Майка.
- У нас ничего нет, - развёл руками Никита, - специально для таких оставляют, чтобы не умерли с голоду. Дров наколем, если время будет. Ты хотела бельё постирать. Смотри, щёлок есть, мыльный корень.
- Ты не будешь стирать? Дай свою футболку.
Никита с удовольствием разделся по пояс, поиграл мышцами.
- Отдохнул уже? – улыбнулась Майка, - Приготовь что-нибудь покушать умирающей девочке.
- Слушаюсь, госпожа! – вытянулся парень.
Через час девочка вернулась, в футболке, почти до колен, развесила у плиты бельё, чтобы лучше высохло.
- Не могла на улице повесить? – недовольно спросил Никита.
- Вечер уже, - буркнула Майка, - свистнет кто-нибудь, в чём ходить буду?
- Кто свистнет? Медведь?
- Да хоть медведь! – девочка снова вышла, вернулась, держа в руках красивый увесистый голыш.
- Что это у тебя? – удивлённо спросил Никита, глядя, как Майка подбрасывает голыш в руке. Крупный, с два гусиных яйца.
- Ночью у кого-то может снести крышу. Приколочу на место!
- Иди кашу есть, - недовольно буркнул Никита. Честно говоря, вид девушки в его футболке выглядел соблазнительно. Грудки торчали, одно плечо даже оголилось.
- У меня что, на лице всё написано? – хмуро спросил Никита, когда они выскребали последние крошки из котелка.
Майка бросила на него подозрительный взгляд:
- Знаю я вас, мальчишек. Потом будете себя ругать последними словами, что был шанс, а вы им не воспользовались.
- Да ладно тебе. Я не такой.
- Может, и не такой. Но случаи разные бывают. Я лягу, поздно уже.
- А посуду кто будет мыть? – возмутился Никита.
- Там темно, - ответила Майка, - я боюсь.
