В книге описаны некоторые острые и повседневные моменты из жизни студентов колледжа, получающих востребованные рабочие профессии или специальность технолога. Расширенные возможности современного образования привлекают в колледжи разных детей, имеющие разные цели в жизни.Часто в колледж поступают дети из малообеспеченной, не очень образованной семьи, которая не может дать ребенку хорошее домашнее воспитание. Не полные семьи передают ребенка на воспитание бабушкам. В итоге ребенок самостоятельно принимает решения, не совсем верные, но посоветоваться не с кем. Подросток следует тем принципам, которые получил в семье.К счастью, тут же в колледже учатся дети, из так называемых «хороших» семей. Дети адаптируются друг к другу, присматриваются, учатся друг у друга и к концу обучения многие становятся лучше за счет зрелости. Острые неприятные моменты уходят в сторону, приглушаются.Книга рекомендуется как родителям подростков, так и тем, кто учится или готовится поступать в колледжи.
Колледж с большой историей выпуска специалистов рабочих профессий, выросший из лицея, располагался на окраине города, в живописном месте в зеленой роще. Дорога от остановки автобуса вела прямо к площади, на противоположной стороне которой, видны широкие ступени, укрытые от непогоды большим козырьком. В дни Знаний на площади собирался весь коллектив, а также обучающиеся и вновь принятые на обучение дети. В Колледже дети получали среднее образование. Позже, когда колледж начал принимать детей после одиннадцатого класса, состоялся выпуск специалистов-технологов.
Прозвенел звонок, и новый учитель, а сейчас она была просто учителем, вошла в класс без сопровождающего. Приходилось представляться самой. Впереди на первых партах сидело несколько человек. Чуть дальше от центра группа девушек сидела кружком и оживленно перекидывали друг другу карты играя в дурака. Одна из девушек оглянулась и посмотрела равнодушно, еще одна взглянула мельком – нельзя было отвлекаться, игра не терпела отрыва взгляда от партнеров по игре. Учитель поздоровалась, но никто даже не ответил. Еще раз поздоровалась. Ответа не было. Затем одна из девушек, как позже выяснилось староста группы, оглянулась и посоветовала писать что-нибудь на доске и не обращать на них внимания, объяснив, что так делают многие учителя.
Учитель была обескуражена. Такого поведения в ее большой практике еще не было. Что же делать, мелькнуло в мыслях. Пока она думала, девочки доиграли и повернулись к учителю. Видно было, что они изучают нового человека и прикидывают в уме, что же ждать от нового учителя. Но при этом они были решительно настроены на сопротивление любому посягательству на свободу их обучения. Дети не были приучены к тому, что надо напрягаться и писать, решать, читать. Они готовы были выслушать только очень короткий рассказ. Это мог быть как случай из жизни, так и момент технологического процесса из специального профессионального образования, которое дети должны были изучать. Но и такой рассказ слушали не все. Многие в этот момент разговаривали друг с другом или по телефону. Голоса при этом не приглушались, разговор шел также свободно, как и на улице, не замечая того, что уже идет урок, и они мешают. В классе стоял постоянный шум, слушали же всего несколько человек. Как правило, это были дети из благополучных семей, получивших наставления родителей на необходимость получения знаний или дети, которые очень плохо воспринимали подаваемый материал и им также были сделаны внушения сидеть на первой парте, слушать и записывать. В такой шумной обстановке дети, плохо воспринимали материал на слух, но пытались записывать. У многих детей буквы наползали друг на друга, запись букв была неправильная, а строчки очень неровные, часто пересекали страницу почти по диагонали тетради. Исписанная страница была с большим количеством грамматических ошибок.
Многим было откровенно неинтересно. Под давлением родителей они хотели получить только аттестат за 11 класс. И дети, и родители надеялись, что тройку все равно поставят и выпустят с аттестатом. Отчисляют ведь только за неблаговидные проступки, засветившиеся в госорганах или за почти полную не посещаемость занятий. Но уличить детей в их непосещаемости сложно, так как мастера производственного обучения прикрывали факты отсутствия ученика. Ответственность за посещение учеником занятий полностью ложилась на плечи мастера. Не ходит на занятия ученик – плохо работает мастер. Плохая учеба – плохо работает куратор. И каждое утро мастер обзванивает родителей, если ученик не пришел к началу первого урока. Часто дети приходили ко второму или третьему уроку, так как с вечера долго гуляют и утром не могут проснуться. Родители не справляются или воспитывает бабушка при неполной семье. Мама и папа зарабатывают на содержание ребенка, утром сами бегут на работу. Некогда трясти чадо и заставлять его идти в колледж. Таким образом, изо дня в день за время учебы в школе этот ребенок не только не был приучен к дисциплине, но у него при попустительстве родителей сформировалось понятие свободного режима. Хочу сплю, хочу встану и схожу в колледж. А мама сочинит какую-либо историю для мастера. Похоже, что главное в обучении таких ребят, это то, чтобы они не бегали по городу, не создавали сложных ситуаций на дорогах, в обществе в ожидании, пока они созреют до более взрослого состояния.
