Извлек из сумки большой пластиковый пакет, забросил туда Гошину тушку и уложил в платяной шкаф на коробки с обувью. Извлек жесткие диски из трех компьютеров и забросил в сумку за компанию с двумя ноутбуками. Уходя, аккуратно запер за собой дверь.
– Здесь, – я выложил на стол пакет. – Ровно двести тысяч долларов, причем США, а не Суринама. Извольте пересчитать.
– Если честно, – Игорь даже не двинулся с места. – Я несколько иначе представлял церемонию завершения нашей работы.
– Это как?
– Да так, – усмехнулся он и отпил немного чаю. – Что вы меня просто грохнете и все дела.
И угадал. В смысле, почти угадал. До разговора с милейшим человеком, Ильей Константиновичем, именно так я и собирался поступить. А теперь не буду, потому что спинным мозгом чувствую, работа еще предстоит. И делать ее я, скорее всего, буду. А то совсем одурею от скуки где-то там, у теплого моря, без флага и отечества, среди симпатичных и доступных аборигенок. Птица, в конце концов, должна летать, рыба плавать, а человек моей профессии – хотя бы время от времени возвращаться к ней. И, потом, много денег не бывает. Это сейчас пятнадцать миллионов кажутся запредельно большой суммой, а когда начну жить другой жизнью, глядишь – и не очень.
– Прикажете воспринимать сказанное вами как претензию? – полюбопытствовал я.
– Ни в коем случае, – возразил он. – Не поверите, даже приятно.
– Поверю, – долил себе еще чаю и потянулся за конфетами. – Видите ли, Игорь, вы, если не ошибаюсь, начали заниматься этой работой в двадцать девять лет.
– Совершенно верно.
– Сейчас вам сорок пять, – отпил чаю и удовлетворенно кивнул. На сей раз не «Беседа».
– Опять верно.
– Вот, – потянулся за сигаретой, – Все это время вы работали достаточно аккуратно.
– Кроме одного случая, – напомнил он.
– Один раз, как говорят в местах не столь отдаленных, ну, сами понимаете...
– Скажите, а тот заказчик не попытается снова меня разыскать?
– Пусть вас это не волнует, – успокоил я. – Он уже с месяц как в лучшем из миров. Или худшем.
– Вот как?
– Совершенно верно, – и опять полез в сумку. – Я собираюсь на некоторое время исчезнуть...
– Проблемы?
– Кажется, еще в нашу первую встречу я настоятельно не советовал перебивать меня на полуслове.
– Извините.
– Прощается, но в последний раз, – стряхнул пепел в специально для меня приобретенную хозяином квартиры пепельницу. – Итак, я на некоторое время отъеду, а вы переходите в режим консервации. Сидите тихо, по-крупному не работаете. А вот это, – выложил еще один пакет, – чтобы вам было на что жить скромно.
Он взял его и заглянул внутрь.
– Однако.
– В смысле, спасибо?
– Именно так.
– В таком случае, до встречи. Не провожайте, – встал и пошел к выходу.
Вышел на улицу, вдохнул полной грудью относительно свежий морозный воздух и вдруг ощутил сильный, просто волчий голод. А потому решил пойти в ресторан. В конце-то концов, имею я право на небольшой банкет или как? Работа проведена успешно, клиент от выплат не отвертится (не тот человек), зачистка проведена. Осталось сущая ерунда: разобраться с Витенькой и провести кое-какие хозяйственные работы. Но это все чуть потом, а сейчас да здравствует поздний обед или ранний ужин за чистой скатертью.
Я чинно выкушал рюмку ледяной водки, закусил эту прелесть кусочком малосоленой семги и потянулся к салатику. В это время и зазвонил лежащий на столе телефон. Глянул в окошечко: Семеныч, надо же.
– Что тебе надобно, старче? – ласково спросил я.
– Сейчас узнаешь, – и у меня сразу пропал аппетит, и напрочь испортилось настроение. Фанфары в душе смолкли, праздник закончился.
– Ты? – удивленно спросил он.
– Нет, блин, тень отца Гамлета.
– Что же ты не погиб, коллега? – с искренним огорчением спросил мой бывший. – Я так все здорово устроил.
– Не очень, – возразил я. – Надо было сразу жать на кнопку, а ты начал трепаться, вот и не получилось.
– Ну, – помолчал. – Все-таки столько лет вместе, как-то неудобно расставаться, не попрощавшись.
– Рановато ты, Коля, прощаться затеял. Боюсь, еще свидимся.
– Нет, ну почему ты не помер! – от всей души расстроился он. – Возись теперь с тобой.
– Это точно, – поддакнул я. – Придется повозиться.
– А может, ну его? – с надеждой спросил он. – Давай разойдемся.
– Краями?
– Ага, – добавил. – Через неделю меня здесь не будет, исчезну, как не было, – и поинтересовался: – Сколько стоила твоя тачка?
– Неважно, коллега, – с сожалением молвил я. – Пусть тебя это не беспокоит.
– Ну почему?
– Сам знаешь, – вздохнул. – Ты, мил человек, начал валить мирных, а это нехорошо. Помнишь Вену? – именно в этом милом городе нашел приют один из бывших наших, когда-то боевой, а потом просто бешеный пес. По его душу и послали нас с коллегой.
– Это была последняя акция, – торопливо проговорил он. – Все, баста, я на пенсии.
– Не верю, – существует лишь один способ остановить попробовавшего человечины хищника. Климов отлично понял, что я имею в виду.
– Значит, – хмыкнул он. – Дуэль как в романах старика Дюма.
