Гриша вышел из машины и посмотрел, как я уезжаю на ней дальше по проспекту. Поднялся по лестнице до станции надземного метро. Приложил ладонь к терминалу на турникете, деньги списались, и Гриша смог пройти дальше. Он долго сидел на лавочке в полном одиночестве. Люди приходили и уходили, грузились в поезда и выходили из них, но никто не задерживался на станции. Гриша смотрел в пол и нервно тер руки. Достал вейп, подымил им. Потом встал, вытащил из мусорки бутылку, схватился за горлышко и, громко выругавшись, закинул ее за забор. Она разбилась где-то вдали о рельсы.
Приехал поезд, он сел в него, нашел свободное место и воткнулся между людьми. Перед ним сияло табло со всеми линиями нового московского метро. Монорельсами был исполосован весь город, и ни одна ветка не уходила под землю — в Новой Москве поезда ходили только поверху. На сенсорном информационном стенде мигала точка, несущаяся по зеленой ветке. Гриша закрыл глаза, видео в моей оптике тоже перешло в полную черноту.
Он быстро уснул, и кибердека записала даже сон, про который он наверняка забыл. В поезде Грише снился кошмар. Мегабашня горела посреди африканской саванны. Мимо проходил носорог — заметив Гришу, тот фыркнул горячим паром и, выбив землю копытом, помчался вперед. Гриша поднял пулемет и изрешетил тушу животного. Кровавые фонтаны из убитого носорога быстро заполнили пустыню, акации и пальмы вспыхнули огнем. Мегабашня разрушалась, и с нее сыпались люди, как муравьи из перевернутой банки. Солнечный диск разрастался, заполняя багровое небо. Кровь наполнила саванну, словно чашу, и Гриша оказался в кипящем красном море. Тяжелый экзоскелет потащил его на дно.
Под толщей воды он увидел мертвых китов, всплывающих кверху брюхом. В рыболовных сетях запутались чернокожие аборигены. Гриша выдернул рог из носа убитого носорога, подплыл к сетям и попытался их разрезать, но острый рог рассыпался в его руках. Он поднял взгляд и увидел, что все африканцы уже мертвы — у всех были прострелены головы.
Гриша стал задыхаться от нехватки воздуха и тут же проснулся. Он снова увидел перед собой табло московского метро. Точка горела уже в другом месте — через почти десять станций вперед. Гриша встал, выскочил из поезда, перешел по лестнице на другую ветку и сел на четвертом диаметре. Дальше — только в клуб.
После этого данные шли в поврежденном виде. Картинку резало цифровыми помехами, события резко сменяли друг друга. Либо хакер плохо отработала деньги, либо наоборот мастерски связала то немногое, что оставалось на диске.
Гриша оказался в панк-клубе «ОМСК». Десятки пьяных лиц, дерущиеся друг с другом панки в кожанках, бас-гитары ушли в лютый дисторшн. Гриша вмазал одному по лицу, отхватил сам. Крики, смех, еще несколько ударов кому-то по рылу.
Снова цифровой скачок. Гриша уже стоял на улице, шатался пьяный, курил настоящие сигареты попеременно с вейпом и смеялся, когда один из его вечерних приятелей заблевал асфальт. Вместе они завалились обратно в клуб, Гриша сел у барной стойки — неожиданно прилично выглядящей — и постучал по столешнице. Ему налили что-то в стакан, и Гриша подвинул тару поближе к вызывающе одетой девушке: глубокое декольте почти полностью обнажало грудь, из-под ткани виднелись границы ореолов сосков. Девушка поправила каре и с нескрываемым удовольствием приняла выпивку от Гриши. Он погладил ее по коленям, провел ладонью выше, задрав пальцами красную латексную мини-юбку.
«Светлана», — прошептала она ему на ухо. Его слуховой имплант заглушил музыку в зале, Гриша слышал только голос девушки. — «Света. А ты — Гриша?»
«Да. Знаешь обо мне?»
Она улыбнулась ему, отпила от стакана, спрыгнула со стула и поманила Гришу за собой. Вместе они вышли из панк-клуба, она вручила ему ключи от машины, он сел за руль, и они поехали к нему домой.
Гриша пролетел по пустынным ночным перекресткам, он мчался по магистрали мимо радаров, собирая полный набор штрафов за превышение скорости. Девушка визжала от удовольствия и переполняющего жилы адреналина, высунувшись в окно.
Подъезд, быстрый подъем на лифте и поцелуи в кабине. Пара завалилась на квартиру Гриши, он быстро уложил ее на диван и нежно укусил за плечо. Стянул с нее одежду, прильнул к ее груди.
Я не знал, как быть дальше. Мне не хотелось настолько глубоко лезть в личную жизнь Гриши, но эта девушка была с ним в последние часы его жизни. Кто знает, что могло случиться? Может, мне нужно перемотать дальше?
Незнакомка сама разрешила мою дилемму — она оттолкнула Гришу ладонью и умчалась в ванную комнату в одних трусиках. Света сняла с вешалки свою сумочку — та была заметно больше тех, что сейчас принято носить с собой. И попросила его отключить слуховой имплант.
«Дай мне минутку. Всего минутку, а взамен я подарю тебе кое-что от себя...»
Гриша растянулся на подушках, прикрыл глаза и заставил слуховой имплант перейти в режим минимальной громкости. Беспрерывный гул гитар, криков и прочих шумов после бурного вечера затих. У него дико гудела голова.
