Венецианскому князю-антиквару Альдо Морозини дорого обошелся поиск драгоценностей, затонувших двадцать лет назад на «Титанике». Князь серьезно ранен, его управляющий похищен, а жена Лиза собирается подавать на развод. На помощь Альдо, как всегда, приходит его верный друг Адальбер. Вместе им предстоит пройти немало испытаний: разыскать похищенные фамильные драгоценности, разоблачить опасных мошенников… и вернуть князю любовь прекрасной Лизы.
Juliette Benzoni
LA COLLECTION KLEDERMANN
Copyright © Plon 2012
© Крупичева И., перевод на русский язык, 2013
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Два мотоциклиста из жандармерии летели по направлению к Туру с включенными фарами и ревущей сиреной. За ними следовала карета «Скорой помощи». Ее водитель вдавил педаль газа в пол, отлично понимая, что для раненого, которого он вез мимо погруженных во тьму полей и деревень, на счету каждая минута. Отблески пожара, пожиравшего замок Круа-От, совсем недавно исчезли из виду.
В машине Адальбер Видаль-Пеликорн, сидя возле носилок, кусал кулаки и не сводил глаз с лица раненого, за состоянием которого самым внимательным образом следили два медбрата. Все молчали, осознавая серьезность происходящего. Пуля попала Альдо Морозини в голову, и каждый миг мог стать для него последним…
К счастью, недавно отремонтированная дорога была гладкой как бильярдный шар, а в больнице, лучшей в округе, их уже ждали, и все было готово для немедленной операции. Главное было довезти туда Морозини живым, но сумеет ли он столько продержаться? Всего пятьдесят километров… Адальбер всей душой поддерживал друга. Ему так хотелось передать Альдо свое желание победить в этом жестоком испытании.
«Держись, только держись! – мысленно умолял его Адальбер. – Ты не можешь так поступить со мной, с нами! Мы все тебя любим. Ты должен жить! Во что бы то ни стало! Нельзя, чтобы все вот так закончилось…»
К его мольбам примешивались отрывки молитв, и Адальбер уже толком не понимал, обращены ли они к тому Богу, в чьей вере его крестили, или к богам фантастического пантеона Древнего Египта, которые уже многие годы были с ним рядом каждый день. Он просто отказывался представлять себе горе госпожи Амели де Соммьер – тетушки Амели – и ее компаньонки Мари-Анжелин дю План-Крепен, если ему придется самому сообщить им о кончине того, кого они так любили. При мысли об этом он холодел от ужаса.
«Только не это! – повторял он про себя. – Только не это!»
Но все же? В случае несчастья именно ему и лишь ему одному придется исполнить страшный долг и нанести им этот удар…
– Вот и Тур! – объявил один из мужчин. – Осталось всего несколько минут!
И действительно, вскоре они остановились перед ярко освещенным входом в больницу. Бригада медиков с каталкой уже ждала, раненого переложили на нее и сразу же отправили в операционный блок, где хирург и его ассистенты заканчивали подготовку к операции.
Адальбер, разумеется, отправился следом, но неожиданно путь ему преградила высокая и мощная женщина лет пятидесяти, старшая медсестра.
– Нет, сударь, дальше вам нельзя! Вы член семьи?
– Скажем, я ее единственный представитель! Я его «больше, чем брат»! Адальбер Видаль-Пеликорн, египтолог, к вашим услугам!
– Чем, интересно, вы можете быть мне полезным? – произнесла она с тенью улыбки. – Мы здесь используем повязки, но не для того, чтобы превращать наших пациентов в мумии! Вам придется подождать… Возможно, долго, – добавила медсестра, открывая перед Адальбером стеклянную дверь в смежный с ее кабинетом зал ожидания. – Такие операции всегда очень сложные. К счастью, у нас есть хороший врач. Доктор Лермитт человек молодой, но у него успешная практика. Остается выяснить серьезность повреждений, хотя то, что раненый все еще жив после пятидесяти километров дороги, это хороший знак! Вам надо будет вернуться в приемный покой и оставить сведения о пострадавшем, а потом вы можете вернуться, если желаете ждать!
– Не сомневайтесь в этом! Я отсюда не уйду, пока…
Медсестра мгновение изучала его лицо – явно лицо бонвивана, – ставшее таким же бледным, как и лицо раненого. Черты заострились от тревоги, читавшейся и во взгляде.
– Разумеется, – негромко ответила она. – Когда вы вернетесь, я попрошу, чтобы вам принесли кофе!
– Благодарю вас, сударыня.
