До встречи осталось полчаса. Ден поднялся по склону, нырнул в терракотовую арку, увитую лианами, и, миновав несколько стоящих на отшибе домов, углубился в переулки. Ему попадались на пути небольшие церковки, магазинчики и кафешки. Из-за высоких стен, правду, довольно обшарпанных домишек звучали иногда смех и детские голоса. Один раз он услышал довольно стройное пение, и сразу пахнуло раздражающим обоняние запахом запечённых с сыром и чесноком моллюсков и паприки. Тем временем серовато-белая мозаика средиземноморских особнячков с арабскими завитушками, садов, кактусов, агав и душистых пиний наконец закончилась.
«Вот она, площадь. Короче. Лучше бы Алекса снаружи подождать» — сомневался Ден, переминаясь с ноги на ногу и глядя на заманчиво освещенную огнями тратторию.
«А вдруг не придёт? Ни фига, Деньги у меня есть, паспорт в порядке. Просто позвоню Мерину и рвану в Москву. Да что, в самом деле? One ticket to Moscow please! Это я тоже сумею. Это все понимают. Ну да, сначала на пароме до Неаполя. А это как будет? Napoli? Вот Алекс, собака, всюду как рыба в воде. Итальянского он не знает, но по-английски любо-дорого чешет, и вроде, по-французски… Я, конечно, как всякий гонщик, раз карту увижу, и порядок. Вот и островок этот тоже. Неделю здесь прожили, только по ночам выходили, а я с завязанными глазами здесь теперь каждую хибару найду. Но названия Бухта Молино! Пляж Сан Пьетро! Или вот ещё — виа Рома!
Эти почему-то запомнил и баста. И ведь не понимаю ни бельмеса. По-итальянски ни в зуб ногой и по-буржуйски такой же хрен. Тут, правда, английский народ тоже не очень рубит, если не на вокзале или в банке. В ресторане даже, и то не всегда.»
От нечего делать он обошёл тратторию вокруг и остановился у открытого окна. Высокий олеандр в кадке скрывал его небольшую крепко сбитую фигуру спортсмена от нескромных взглядов прохожих. Из задумчивости его вывел знакомый голос:
— Quanto costa? Questo e' troppo caro!9 Гад буду, если это не… Нет, видно, просто похоже. Чёрт, померещилось. Точно.
Ден посмотрел на часы. Было без четверти семь. В это время вслед за женскими и мужскими темпераментными тирадами после очередного «Prego, prego signore!»10 тот же голос продолжил: Questo mi piace, grazie.11 Маленький крепыш в красной майке и защитного цвета брюках проскользнул между стеной и пирамидальной «вазой» с олеандром и, стараясь держаться за цветущими ветвями, осторожно заглянул в окно. Перед ним наискосок виднелась зала, наполовину
заполненная гостями. В глубине помещения на стойку бара опиралась немолодая полная женщина. Рядом орудовал худенький паренёк лет восемнадцати. Перед ними вполоборота к окну в тени колонны стоял высокий стройный молодой мужчина в белой рубашке с короткими рукавами, оттенявшей его светло-шоколадную кожу. Все трое болтали живо по-итальянски. Мужчина повернулся, и последние сомнения Дена рассеялись. Это был Алекс.
Из открытых окон траттории зазвучала музыка, и Ден очнулся. Он подался назад, оглянулся, вышел из-за своего душистого укрытия и спокойным шагом направился к открытым дверям. Алекс уже успел устроиться за столиком на двоих у левой стенки. Увидев товарища, он встал, заулыбался и помахал рукой. Ден подошёл, кивнул и сел, не говоря ни слова. Мулат встретил его напряжённый вопросительный взгляд, едва заметно поднял брови, однако не подал виду:
— Что заказывать будем? — довольно громко осведомился он.
— Ты, я смотрю, на русский перешёл, — с иронией прищурился Ден.
— А то! Теперь только по-русски! — не заметив подвоха, снова оскалил в сверкающей улыбке зубы собеседник.
В зале стоял полумрак, но и в неверном свете свечей было видно, что мулат много моложе своего напарника. Он был оживлён, вернее, взвинчен. Ему не сиделось на месте. Молчать он во всяком случае не мог.
— Давай, кореш, сейчас хоть пожрём, как люди! Он развернул меню, напечатанное, как это принято в курортных местах, на нескольких языках.
— Если ты пиццу хочешь, тут есть. Вот, например, эта поинтересней: «маринара» — матросская, или «куатростаджионе» — четырёх времен года.
11
Ну «кальцоне» нас не удивишь, ага — «кон ла скаролла», то есть с диким салатом, а?
— Да неохота пиццу. Дома надоела.
— О, ну тогда смотри. На закуску можно анчоусы взять или такие маленькие маринованные рыбки — алюцце. Их на побережье ловят. И к ним салат Капрезе. Или нет, баклажаны с грибами и пармезаном. А как ты насчёт супа?
— Не много ли? — сдержанно и недружелюбно отозвался Ден.
— А чё? Мы не спешим, и я приглашаю. Гляди тут какая штука есть — акуа пацца — безумная вода. Этот бульон с чесноком, оливковым маслом и жареными помидорами, — увлечённо повествовал Алекс.
— А сам ты что будешь?
— Я? Обязательно суп, вернее уху. У тебя сверху на пятой странице стоит «дзуппа ди пеше», уха по-итальянски из рыбы и моллюсков! — Алекс зацокал языком.
— А какая здесь рыба?
— Чаще всего морской петух и окунь. Слушай, давай всяких морских зверей закажем: мидий, кальмаров, осьминогов, креветок!
— Постой-ка, — прервал Ден эту кулинарную арию, — а мясо есть у них?
