Рада взяла чистую тарелку и с любопытством обошла ломящиеся от разнообразия столы. Издалека все казалось ярким, разнообразным и аппетитным, но вблизи блюда выглядели довольно скромно. Она положила салата из свежих овощей без заправки, побоявшись густо сдобренного майонезом салата с макаронами, добавила немного тушеной курицы и риса с приправами. Гораздо привлекательнее выглядел свежеиспеченный хлеб с корочкой и стол с десертами. Рада взяла себе пудинг, апельсины и клубнику, налила бокал красного вина из автомата и нагруженная добытыми припасами вернулась к ребятам.
Их компания была самой молодой в ресторане. Кругом отдыхали пожилые немцы. Бодрые пенсионеры в шортах и майках оживленно беседовали почти за каждым столиком. Подобное соседство более чем устраивало Раду: пьяные соотечественники не были для нее атрибутом хорошего путешествия.
— Ну, наконец-то! — сказал Витя, когда Рада села за стол. — Без тебя не разрешали пить. Давайте за приезд!
Все подняли бокалы и выпили, не чокаясь, потому что чокаться за длинным столом было неудобно.
Рада с аппетитом принялась за еду. Курица оказалась пряной, но немного странной на вкус, видимо, не хватало соли. Впрочем, после купания аппетит у Рады был силен, и она доела все до кусочка, прежде чем осознала, что объелась. Устало откинувшись на спинку стула, она прикрыла глаза.
— Эй, только не засыпай! — тут же раздался у нее над ухом голос Тины. — Мы договорились посидеть на улице с кальяном.
— Я просто блаженствую, — довольно простонала Рада, приоткрыв один глаз.
Не она одна раздобрела после ужина. Даже Макар, обычно такой подтянутый в неизменных рубашках, теперь выглядел сытым и ленивым.
— Система «все включено» действует очень пагубно, — заметила Катя, положи руку на живот. — Я бы ни за что столько не съела при других обстоятельствах.
— Надо выйти на улицу, подышать, пока меня не разморило прямо здесь, — поддержал Витя.
Бодрыми казались только Вася и Ника, они шептались, держались за руку под столом, думая, что никто этого не замечает, а у Васи пунцовым огнем горели уши, как бывает только у ярких блондинов с белой кожей.
Когда все переместились за уличный столик, Вася с Никой ретировались, чем вызвали дружное хихиканье остальных.
— Должна признаться, в ресторане не так много народа, — лениво произнесла Рада. — Я слышала в египетских отелях всегда большие очереди за едой, особенно, когда праздники.
— Основная партия туристов прибудет ночью, — отозвался Макар. — Нам еще повезло с утренним рейсом, а вот каково будет людям после ночного перелета… Даже представить боюсь!
— Так вот зачем официанты упаковывают еду в картонные коробочки! — воскликнула Тина. — А я все думала: куда столько сухих пайков?
— Давайте лучше выберем кальян, — Саша взял папку с меню. — Цены в отеле выше, но сегодня у меня нет сил выходить за пределы территории.
— Закажем вскладчину, а завтра уже будем искать новые места, — поддержал Витя.
Ребята выбрали яблочный табак на молоке. Молоденький официант раскурил большой золотистый сосуд, получил чаевые и удалился.
— Кажется, я старею, — сказал Саша, пуская облачко дыма. — Мне даже не хочется выпить или потанцевать.
— Не тебе одному, — Рада протянула руку за кальянной трубкой. — М-м-м, совсем другой табак, чем в Москве!
Мягкий дымок со сладким послевкусием ласково клубился во рту, лаская язык и успокаивая тело до кончиков пальцев. Тихая арабская музыка, доносящаяся из ресторана, убаюкивала. Вечерний воздух был зябким, но у Рады не было сил подняться и сходить за кофтой.
— Нет, ты все-таки сейчас заснешь, — с досадой сказала Тина.
— Ну, извини. Я всю ночь волновалась и не могла уснуть, а когда закрывала глаза, то видела, что опаздываю на самолет.
— Вот-вот, — кивнула Катя. — У меня всегда так перед поездкой.
— Народ, я держалась, честно. Но я лучше пойду, пока у меня есть силы дойти до номера.
— Я с тобой, — Макар поднялся. — Тоже дико устал за день.
Они распрощались с ребятами и не спеша пошли к своему корпусу, вдыхая непривычные южные запахи. Цветущие растения, еда из ресторана, благовония, кальяны и что-то еще, — все это составляло особый букет, который будет всегда ассоциироваться у Рады с Шарм-Эль-Шейхом.
— Я рада, что поехала, — сказала Рада.
— И я, — улыбнулся Макар. Его черные глаза сверкнули в темноте.
Они поднялись по лестнице на второй этаж.
— Не хочешь зайти? — Макар выразительно поднял бровь.
— Вот только не порть момент! Тот, кто встанет сейчас между мной и постелью, пожалеет. Молчи! — Рада осознала, что именно произнесла, и предостерегающе подняла палец. — Я не это имела в виду.
— Знаю, знаю. Но уж очень велико было искушение тебя поддеть, — гортанно хохотнул Макар. — Оп-па! Кажется, я зря тебя приглашал. Смотри-ка!
На двери номера, который Макар делил с Васей, висела красная табличка с просьбой не беспокоить.
— Кажется, у Васи с Никой все срослось. И только я останусь сегодня один…
— Вася с Никой? — удивленно спросила Рада.
— Ты что, не знаешь? Они еще в Москве начали встречаться. По-моему, все очевидно.
