После понедельника — дня, когда я перевернул привычный уклад жизни класса, все стало как-то…по-другому. Одноклассники отныне более охотно открывались друг перед другом. Каждый самовыражался, не боясь того, что сейчас зайдет отморозок и осадит его.
Так, например, Калачевский сегодня нарисовал на доске, перед уроком Порталогии, двух близняшек из нашего класса. По законам жанра комиксов, он добавил им реплики, на которых Маша сообщала, что сегодня даст списать только красавчику Яну, а Саша говорила, что только после того, как спишет сама. Таким образом он высмеивал всем известный факт о том, что умной среди сестер считалась только Маша.
Девочки опоздали на урок, поэтому сильно удивились, когда учитель раскрыл доску и всем показался этот шарж. Класс залился хохотом. Клаус тоже смеялась. Почти сразу она заметила, что я не реагирую и положила руку мне на коленку.
— Все в порядке? — спросила аристократка.
— Все нормально, — ответил я и принялся записывать в тетрадь задание, которое диктовала Анна Михайловна.
На самом деле ничего было не в порядке. Я жутко нервничал из-за того, что у меня очень мало времени. От того, что я должен заключить контракт с Элаизой, который содержал тот самый скрытый пункт. Я переживал, что после вчерашнего отказа девочка-призрак больше не появится и я навсегда потеряю шанс увидеть маму в своем уме.
Так, погруженный в мысли обо всем, я доучился до самого вечера. Специально сказав Клаус, что задержусь ненадолго, я отпустил ее из школы одну. Чтобы отец девочки не увидел нас вместе и в очередной раз не принялся ругать ее.
Удостоверившись в том, что аристократы уехали, я сам отправился домой.
— Костян! — крикнул Серый, когда я проходил по двору. — Пойдем с нами! Мы в царя горы!
Я поднял глаза. Рядом с ямой, которую раскопали еще два месяца назад навалена куча песка. Сейчас мои друзья стояли на вершине и махали мне.
Я улыбнулся их беззаботности. Ведь и я когда-то был таким. Может быть мне стоило использовать этот шанс и заново прожить детство. Если бы все не было так сложно.
— Нет! — крикнул я в ответ, заслоняя ладонью лицо от света фонаря, который бил прямо в глаза. — Домой надо!
— Да брось! — настаивал Жендос. — Тут весело! Гляди кто с нами.
Я присмотрелся. Из-за верхушки горы показались два красных глаза.
— Элаиза? — удивленно прошептал я.
Я был совсем не подготовлен к этой встрече. Я понимаю, что выхода у меня нет, но подписывать контракт… Прямо сейчас… А может, наоборот, хорошо, что так получилось? Чем быстрее сделаю это, тем лучше. Сорву, как пластырь. Сожгу мосты и только вперед, да?
— Да, это она! — весело ответил Жендос и столкнул ее с горы. — Теперь я царь гор-ы-ы-ы-ы-ы!
Тут же на вершину забрался Серый и попытался свалить Жендоса. Но тот не поддался. Началась борьба.
Девочка-призрак обошла разрытую яму, приблизилась ко мне и пристально посмотрела в глаза.
— Я соглашусь подписать контракт… — не стал затягивать я.
От моих слов Элаиза изменилась. Ее глаза повеселели, а на лице появилась тонкая осторожная улыбка.
— Но при одном условии.
Теперь по ее лицу проскользнуло недоумение. Она протянула руку, чтобы войти со мной в контакт, но я отпрянул. Будет лучше, если мираж выслушает меня, не перебивая. Так я смогу донести до нее свою мысль. Может получится убедить девочку в том, чтобы она пошла мне на встречу.
— Я соглашусь подписать контракт, если ты пообещаешь быть проводником в команде Германна.
Элаиза отрицательно замотала головой. Она давала мне понять, что ее решение твердое и девчонка не передумает.
Однако мое решение тоже было твердым. Если соглашаться на кота в мешке, то нужно получить от сделки как можно больше. Путешествие на ту сторону не будет простым. А раз это единственный способ освободить Машку, значит я должен перестраховаться. Какой у меня есть выбор? Или пойти с Элаизой или с командой Германна. Но мне больше нравится вариант, когда получается объединить усилия. Тогда и шансы на то, чтобы выжить повысятся. Буду договариваться.
— Послушай…
Я подошел к недалеко стоящим качелям и предложил девочке присесть. Та не сдвинулась с места. Тогда я сам сел на одно из двух свободных мест.
— Германн рассказал, что вы с его дочерью в каких-то контрах, — я не отводил взгляда с глаз миража, чтобы быть уверенным, что она смотрит на мои губы и читает. — Не сомневаюсь, что для этой вражды есть свои причины. Но я должен освободить сестру. И сейчас, объединив наши усилия, сделать это будет проще, чем если мы попремся на ту сторону только вдвоем.
Ржавые качели скрипели на весь двор. От нервов я раскачивался сильнее и от этого звук и громкость звучали еще противнее. Элаиза нехотя подошла ближе. Она села на вторую свободную сидушку.
Меня передернуло от ее вида. Девочка была одета в одно тоненькое платьице. Ее кожа синела от холода, но, кажется, принцесса не испытывала дискомфорта. Я продолжил монолог.
