– Не обязательно, – сказал он. – Вот информация, которую я скачал раньше с сайта, открытого Национальной ассоциацией патологоанатомов. Если отравление окисью углерода можно обнаружить при аутопсии по покраснению кожи, то смерть от двуокиси углерода не оставляет таких явных следов. – Читая прямо с экрана, Милтон продолжил: – «Единственный метод обнаружить пониженное содержание кислорода в тканях погибшего – это анализ крови на содержание газов, при котором определяется соотношение уровня кислорода и двуокиси углерода в крови человека. Но такой анализ проводится только с кровью живого человека, чтобы определить необходимость в увеличении содержания кислорода. И никогда не делается посмертно по той простой причине, что человек уже мертв».
– Мне сообщили, – вставил Калеб, – что Джонатана признали умершим еще в хранилище. Его даже не доставляли в реанимацию.
– Баллон, который они увезли из библиотеки, – добавил Стоун, – имел маркировку «ФМ-200», и именно на него я обратил внимание – по вполне понятным причинам.
– Не понял, что ты имеешь в виду, – сказал Робин.
– Библиотека избавляется от халоновой системы. Если я прав и они действительно привезли баллон, полный смертельно опасного газа, но с другой маркировкой, чтобы скрыть его настоящее содержимое, тогда они не стали бы возвращать в библиотеку «халон» – это могло вызвать подозрения.
– Правильно. Они должны были привезти газ, которым намеревались заменить его. То есть «ФМ-200», – сказал Калеб. – И они вывезли его сегодня вместе с баллонами из-под «халона». Если бы мы там не оказались, никто бы ничего и не заметил.
Стоун кивнул:
– И я уверен, что баллон, подсоединенный сегодня к трубопроводу, наполнен «халоном». Пустой баллон, в котором был CO2, отсоединили от системы сразу после того, как выпустили газ. Чтобы в случае полицейской проверки не обнаружилось ничего необычного. Да и не стали бы копы возиться с баллонами, это уж точно. Да даже если бы и стали – им тогда пришлось бы направить их в «Файр контрол инк.». А я сомневаюсь, что они получили бы правдивый ответ, потому что тот, кто все это организовал, явно служит в этой компании.
– Идеальное убийство, – мрачно заключила Аннабель, садясь обратно на стул. – Остается только один вопрос: зачем? Зачем кому-то понадобилось убивать Джонатана, да еще столь гнусным способом?
– Это приводит нас обратно к Корнелиусу Бину, – ответил Стоун. – Мы теперь знаем, что баллон с окисью углерода, которая убила де Хейвна, был заменен на баллон с «халоном». И еще мы знаем, что «Файр контрол» принадлежит Бину. Понятно, что именно он организовал убийство де Хейвна. И он явился в читальный зал к Калебу в тот же самый день, когда баллоны вывезли из библиотеки. Уверен, что он пытался выяснить, заинтересовался ли кто-нибудь наконечником-распылителем. И еще должна существовать какая-то связь между Бином и Робертом Брэдли.
– Может, Брэдли и Бин входили в шпионскую группу, которая, как мы полагаем, здесь орудует? – предложил свою версию Робин. – Брэдли приехал к Бину домой, а Джонатан увидел или услышал нечто для него не предназначенное. Или он мог выяснить, что привязывало Бина к убийству Брэдли. Бин узнал об этом и организовал убийство де Хейвна, прежде чем тот успел сообщить кому-либо информацию и натравить на него копов.
– Возможно, – сказал Стоун. – Нам еще очень многое нужно узнать, так что следует разделиться. Калеб, ты завтра утром первым делом пойдешь в книгохранилище и проверишь, есть ли там в вентиляционной шахте следы крепления камеры. Потом проверишь кассеты системы видеонаблюдения – кого они засняли входящими в хранилище.
– Что? – воскликнул Калеб. – Зачем?
– Ты же сам сказал, что тот, кто убил Джонатана, должен иметь доступ и в библиотеку вообще, и в хранилище в частности. Я хочу узнать, кто входил туда за несколько дней до смерти де Хейвна и после того, как он был убит.
– Да не могу я так вот запросто заявиться к охранникам и потребовать показать мне эти записи! Что я им скажу?
– Я помогу вам придумать причину, Калеб, – предложила Аннабель.
– Ну отлично! – пробормотал Робин. – Сначала Милтон имеет возможность играть в одной связке с леди, теперь Калеб… А я? Ну не-е-ет!
– Робин, а ты сделаешь анонимный звонок в полицию округа и сообщишь им про баллон с окисью углерода, – продолжал Стоун. – Звонить будешь из автомата, чтоб твой звонок не отследили. Не знаю, серьезно они к этому отнесутся или нет. Кроме того, к тому времени, когда они прибудут на место, видимо, будет уже поздно. Но попробовать все равно нужно.
– Но это же позволит кое-кому узнать, что мы охотимся за ними, не так ли? – спросил Калеб.
– Может быть, – ответил Стоун. – Но пока что это единственная улика, подтверждающая, что де Хейвн был убит. После звонка, Робин, ты ночью будешь наблюдать за происходящим на Гуд-Феллоу-стрит.
– Это не самое удобное место, там негде спрятаться, Оливер.
– Калеб может дать тебе ключи и сообщить шифр замка в доме де Хейвна. Ты можешь пробраться туда через заднюю дверь незамеченным.
– А мне что делать? – спросил Милтон.
