Эта информация пришла к нему ещё на дне колодца, когда он очищал люк от песка. Она поступила прямо в мозг, словно бы из ниоткуда, но Симаков догадался, что это с ним "заговорили" его Врата, используя автоматику входного люка как телепат-ретранслятор.
— Что-о-о?! — поразился Игнатов, — Не Врата, а Вход в Подземелье? Так ты всё
знал? И про себя, и про Врата, и молчал?
— Про Вход в Подземелье я узнал телепатически пару минут назад от своих Врат.
А про сами Врата и их Стража мне стало известно сегодня ночью от Лыковой.
Хотел тебе рассказать, да не успел… Но вот, интересно, когда узнал об этом ты, шуряк, и от кого?
— Двое суток назад! Может меньше… В Конторе… Мне поручили обеспечить их
сохранность до прибытия в село спецкоманды и заодно выпытать у тебя, как ими управлять…
— Во как! Кто поручил-то?
— Некто генерал Нефёдов, самый доверенный человек Президента.
— Я думал, что ты работаешь на учёных, а выходит — на правительство! — огорчился Симаков, — Значит, мои Врата нужны Президенту, что бы тот смог обеспечить себе ещё один срок правления…
— А зачем же ещё? На большее у них ума не хватает…
Симаков помолчал, потом поинтересовался:
— Ну и что ты намерен предпринять, Константин? Меня с Клавдией — под арест, а
Колодец — под охрану?
— Обижаешь, начальник! Ты думаешь, я для чего согласился на задание? Что бы
не послали кого другого! Так что, буду тебе помогать! Что скажешь, то и сделаю!
— От, спасибо, шуряк, я всегда верил в тебя. А тебе за самовольство не попадёт?
— Если всё делать по уму, то выкручусь! Сам-то что думаешь делать? Ведь кроме
Президента за Вратами охотятся и Серые Колдуны! Это они каким-то образом за
ставили тебя откапать для них Врата. А тут такой облом! Врат и в помине нет, но зато есть Вход в Подземелье. Может взорвать его и дело с концом? Ни вашим-ни нашим!
— При иных обстоятельствах, я может быть так бы и поступил… Но не теперь…
— Что за обстоятельства, Степаныч?
— А вот послушай…
И Симаков подробно передал Игнатову свой ночной разговор с Лыковой.
Игнатов выслушал и потемнел лицом
— Ну, дела-а-а!
Узнав, какая печальная участь ожидает ещё не рождённого ребёнка Симаковых в случае попадания Врат в чужие руки, Костя скрипнул зубами и ненадолго задумался. Утверждение Лыковой, что телепортатор обладает защитой на энергетическом уровне, не показалось ему слишком уж фантастичным. Он, как учёный, отчётливо представлял какими неограниченными возможностями могли оперировать изобретатели-конструкторы древнейшей суперцивилизации атлантов, контактировавшей к тому же с представителями инопланетного разума.
— Вот и скажи мне теперь, шуряк, как учёный подтверди слова Лыковой: могут ли Врата причинить вред моему ребёнку али нет?
— Врать не стану — могут, Степаныч, вполне! Но ты не расстраивайся раньше времени! Врат тут нет, значит нет и проблемы.
— Эх, Костик, повторяю — Врата в Подземелье! Я их чувствую, они "зовут" меня!
Но на их "зов" могут придти и серые колдуны, и твой генерал Нефёдов!
Тогда беда! Что присоветуешь?
— Я бы сделал так, как подсказала Лыкова. Давай спустимся в Подземелье, отыщем артефакт и ты отправишь его куда вздумается!
— И я так хотел! Значит, собираешься пойти со мной, шуряк?!
Учти, задачка не из лёгких!
— Где наша не пропадала? И потом, у меня задание, Степаныч, забыл? — рассмеялся Игнатов, — Не захочешь, а пойдёшь! Но, если шутки в сторону, то я за вас с Клавдией хоть в огонь, хоть в воду!
— Тогда давай собираться, пока серые колдуны не нагрянули…
— Собраться недолго… А вот Клавдию надо дождаться по-любому, рассказать ей всё и услать со двора на время. А то, я чувствую, тут в наше отсутствие Третья Мировая может разразиться…
— Оно конечно, подождём. А что б время не терять, давай попробуем люк открыть?
— Эка невидаль, открыть! Видишь выемки для ладоней? Вкладываешь в них руки и готово — люк открыт! Верно, Страж? — Игнатов задорно ткнул Симакова в бок.
— Это теория! Боюсь, на практике ничего не выйдет.
— Так давай проверим? Я попробую, Степаныч? — попросил Игнатов, давая понять, что признав Симакова как Стража Врат, подчиняется ему и по старшинству.
— Пробуй, — ухмыльнулся Симаков, заранее зная результат.
Костя взял стремянку и спустился в колодец. Помедлив мгновение, он решительно вложил ладони в углубления. Секунда… другая… однако ничего не произошло! Игнатов выпрямился и в растерянности почесал затылок.
— Чой-то не фурычит, Степаныч!
— А ты попробуй ещё раз.
Но, как Костя ни старался, как ни комбинировал с руками — люк не открывался, хоть ты криком-кричи! Симаков сверху наблюдал за его манипуляциями и тихонечко посмеивался. Внезапно он почувствовал, как в груди к него, в районе чуть выше солнечного сплетения, что-то вспыхнуло, закипело, потом томительно медленно прилило к голове, сконцентрировалось в темечке и на мгновение затмило сознание. Симаков недоумённо потряс головой, ему показалось, что на неё плеснули кипяток.
Но уже в следующий момент острая боль отступила и растаяла без следа, оставив в глазах золотисто-радужный туман и неодолимое желание самому спуститься в колодец и наложить ладони на люк.
