Высокий и статный Джелал-Ад-Дин уверенной походкой шагал к трону Аймунда. Он был одет в платье традиционных цветов царской династии: белый и желтый. Неприкрытые плечи и руки искушали красавиц рельефными мышцами. Черные волосы смольными волнами ниспадали до плеч, контрастируя с короткой бородой. Кареглазый взгляд охотника горделиво направлен вперед и только вперед. Он смотрел на Аймунда, и ни одна мышца его лица не дрогнула, его спокойствие было абсолютным, и он ни разу не отвел взора от полного вечной решимости взгляда князя Мельмезидов.
По правую руку шел церемониальный лев принца, величественный и неустрашимый. Он был один в один копией своего хозяина. Следом шли тридцать соратников из свиты принца. Некоторые из них были облачены в парадные платья, некоторые – в сияющие доспехи царской гвардии, элитного соединения царской армии, в котором, к слову, на равных началах служили как знатные вельможи, так и принцессы известных домов Капии. За ними семенили слуги и рабы, несущие на своих плечах сундуки с дарами.
От светлой одежды Джелала даже могло показаться, что в зале стало несколько светлее, но только не Клиаре. Она следила за каждым шагом принца, и чем ближе он подходил к трону князя Аймунда, тем хуже ей становилось. Сердце билось все сильнее и сильнее, нагнетая страшную панику.
Пантера Аймунда, почуяв незнакомцев, широко распахнула глаза и привстала, забыв о безмятежном сне. А как только зверь учуял льва, своего собрата, интерес кошки еще больше усилился, ибо равных тянет к равным, как людей, так и зверей. Кошка встала, сделала несколько шагов навстречу гостю, ведь ее интересовал только один из них, и стала усердно принюхиваться. Лев Джелала выразил взаимный интерес к пантере, а потому, когда гости остановились перед троном владыки Мельмезидов, он не остановился и подошел к кошке-хозяйке, и они начали внимательнейшим образом друг друга обнюхивать.
Аймунд и Джелал-Ад-Дин обменялись приветствиями, любезнейшим образом поблагодарили друг друга за гостеприимство и визит соответственно, обменялись подарками. Клиара не слушала, но все слышала, и от услышанного ей хотелось плакать. Все, все проклятые, лицемерные люди, которых вокруг собралось не меньше сотни-двух, знали, что весь этот фарс, вся эта затея с выданьем противоречит законам людей и богов, но при этом царевич и князь так вежливо благодарят и славят богов и государя, желая им величия и процветания. И никто не сказал ни слова против, никто за нее не заступился и не заступится, всем все равно, ее просто продали во благо политических интересов. Она чувствовала себя как никогда одиноко, несмотря на скопление людей вокруг. Вот бы просто исчезнуть!
По обычаю царевич должен был свататься с согласия своего отца и правителя Вастурбала, но он его даже не спрашивал, и дело здесь вовсе не в любви. Конечно, в обычном случае Аймунд просто отказал бы Джелалу в подобном визите на основании многовековой традиции, но в этом случае у него был свой чрезвычайно важный интерес, интерес, в котором никак не учитывалось мнение Клиары.
Пустословие длилось долго, но и ему приходит конец – Аймунд позвал невесту в зал. Ноги не хотели слушаться, Клиара шла, словно ведомая кем-то невидимым. А что, если она сейчас оступится и упадет, ударит лицом в грязь? Интересно, если она опозорит себя случайно или специально, насколько страшен будет гнев дяди? И будет ли это лучше или хуже брака с Джелал-Ад-Дином? Можно просто упасть в обморок и сказать потом, что переволновалась? Нет, никто не поверит, после бурных сцен против грядущего замужества.
Судорожные мысли о том, как бы избежать вот уже почти свершившейся помолвки, без толку метались в ее сознании, но ничего дельного в голову так и не пришло. Клиара, поглощенная последним мозговым штурмом, даже не заметила, как вышла в центр тронного зала и уже стояла пред лицом принца. Все, это конец, теперь уже поздно что-то придумывать.
Джелал окинул Клиару холодным, безынтересным и безучастным взглядом. Его карие глаза впились в нее, пробили насквозь. И, самое страшное, что в них не было ничего теплого, это были глаза хищника, взирающего на уже поверженную, но еще живую добычу. Она опустила взор – ей было невыносимо терпеть, как этот человек рассматривает ее, сверлит взором, оценивает грудь, бедра, талию, ей это было противно, она чувствовала себя шлюхой, дешевой деревенской шлюхой.
Джелал-Ад-Дин, насмотревшись, подошел к Клиаре. Она почувствовала его горячее дыхание на себе, и у нее закружилась голова. Ей стало душно, не хватало свежего воздуха. Все кругом как-то смешалось.
