Кеглев задумался. Да, пожалуй, частников стоит проверить. Это вполне решаемые деньги для хороших бизнесменов. Есть несколько частных клиник, но все московские, до периферии это еще не дошло…
Саматов Николай Васильевич, врач, хирург высшей категории, вынужден был сидеть в аэропорту Лондона вовсе не по причине плохой погоды. Его срочно вызвали из Америки, где у него были каскадные операции. Голова кружилась, но есть он не хотел. Его помощница заботливо посмотрела на Саматова:
– Может, выпьете чаю?
– Нет уж, увольте. Этот их английский чай я бы с удовольствием заменил стаканом хорошей русской водки с красной икрой.
– Зачем с красной? Вам по статусу уже черная положена.
– Черная мне не нравится.
– Как хотите. Принесу красной.
Саматов капризничал.
– Ирина Александровна, где вы в аэропорту найдете хорошую красную икру?
– Как будто мало летаете! В Duty Free вам и красная, и любая найдется. Так мне сделать вам бутерброд?
Ирина Александровна была не просто помощницей Саматова, в ее обязанности входило следить за полным обеспечением этого хирурга – чтобы все было вовремя, расписание выполнялось, все помощники и пациенты были в нужном месте в нужное время; билеты, самолеты и гостиницы были вовремя, чтобы он не ел ничего вредного и вообще ел. Еще в начале своей карьеры, только поступив на службу к Федорову, молодой доктор Саматов как-то упал в голодный обморок, хорошо еще после операции. После проведенного особыми службами расследования выяснили, что, увлекшись, он просто забывает есть. Думает об операции, инструментах, особенностях пациентов, приборах, их исправности и сбоях, но не о еде. И поскольку хирург подавал большие надежды, Федоров приставил к нему опытную медсестру, которую жаль было отправлять на пенсию, но и держать на работе было невозможно из-за все растущих мировых требований к квалификации и возрасту персонала. Дамочка была расторопная, и вскоре доктор начал выдавать весьма неплохие показатели. Главной задачей Ирины Александровны было ликвидировать простои в работе хирурга. Теперь уже Саматов мог проводить не одну-две, а четыре-шесть операций в день. Федоров был доволен. Небольшая зарплата Ирины в две с половиной тысячи окупалась сполна.
Ирина Александровна была особой уравновешенной. Она не впадала в истерику и не испытывала угрызений совести. Она просто делала свою работу.
Маргарита Тимофеевна не спеша ставила тяжелые бокалы на стол, чтобы они оказались строго симметричны огромным ослепительно-белым салфеткам. Она чуть нагнула голову, проверяя, как отражается свет в глубокой резке на чистом кристалле. Довольно кивнув, она повернулась к Залесному:
– Только два прибора? Гостей не будет?
– Три. Себе тоже поставьте.
Маргарита недовольно скривила губы.
– С господами не приучена. На кухне выпью.
– Тогда и нам накрывайте на кухне, если вам здесь не комфортно.
Маргарита сдвинула брови и назидательно произнесла:
– Не годится вам занимать место животных в доме. Будете ужинать здесь, в столовой.
Залесный с Федоровым переглянулись. Хозяин дома первым решился высказаться:
– Что вы имеете в виду?
– На кухне я кормлю Патрика и кота. Они знают свое место и приходят вовремя. Вот и вам не мешало бы знать свое место и приходить к ужину вовремя,
Федоров впервые столкнулся с ситуацией, когда в доме наводят беспощадные порядки и главный вовсе не он.
– Позвольте, Маргарита Тимофеевна… Вы наверняка тоже знаете свое место…
Не успел он договорить, как Маргарита всей своей тяжелой артиллерией надвинулась на него:
– Я-то свое место знаю. В данный момент я приставлена нянькой к двум престарелым детям, которые не желают есть в столовой и собираются сесть за стол с прислугой. И, что еще хуже, пугают животных своими причудами.
Залесный сделал слабую попытку оправдаться.
– Так этой столовой почти никто не пользуется. Для двоих она слишком большая. Кухня как-то привычнее, уютнее.
Маргарита была неумолима.
– Туалетом вы пользуетесь, хоть он и превышает размеры малогабаритной квартиры, в которой я живу Почему-то не ищете по дому, где поуютней, чтобы присесть. Так и столовой надо научить себя пользоваться.
Она дала понять, что разговор окончен и что ужин начинается через семь минут. Мужчины переглянулись и бросились врассыпную по своим комнатам. Надо было успеть переодеться, чтобы в достойном виде предстать перед Маргаритой.
Чертыхаясь и на ходу застегивая штаны, Федоров первым ворвался в столовую. С видом победителя он занял себе место у окна и с удовольствием наблюдал, как Маргарита строгим взглядом встречает Залесного, как учительница встречает разгильдяя, который опоздал на урок. Проследив, чтобы оба мальчика аккуратно разложили салфетки на коленях, она торжественно внесла горячее и выплыла из комнаты. Как только стихли ее шаги, Федоров с видом заговорщика подмигнул Залесному:
– Откуда это сокровище?
– Одолжил у подруги жены.
– Я хочу ее перекупить. Мне такая Фрекен Бок позарез нужна.
