— О'Рейлли мёртв. Ты заплатил мне за его убийство.
— Фурия знает это. — Харц пожал плечами. — И компьютерам известно. Но всё это для них не имеет никакого значения. Твой палец нажал на спусковой крючок, а не мой.
— Мы оба виновны. Если я страдаю из-за совершённого нами преступления…
— Одну минуту, Дэннер, выслушай меня. Я хочу, чтобы ты понял, как обстоят дела на самом деле. Никого не могут наказать за намерение. Только действие влечёт за собой наказание. Моя ответственность за убийство О'Рейлли ничуть не больше, чем вина пистолета, из которого ты убил его.
— Значит, ты солгал мне! Обманул меня! Да я…
— Делай так, как тебе говорят, и я выполню своё обещание.
— Когда?
На этот раз оба мужчины повернулись и посмотрели на фурию. Она стояла у входа, равнодушно глядя на них.
— Я не знаю, когда она убьёт меня, — ответил Дэннер на свой собственный вопрос. — Ты утверждаешь, что тоже не знаешь. Никто не знает, как и когда она убьёт меня. Я прочитал всё, что можно было прочесть об этом в популярных изданиях. Это правда, что способ казни всякий раз меняется, что одна из главных задач наказания — заставить приговорённого мучиться неизвестностью? А время, через которое следует исполнение приговора, — оно тоже непостоянно?
— Да, это верно. Но существует минимум времени между вынесением приговора и приведением его в исполнение. Я почти уверен в этом. Для тебя это минимальное время ещё, очевидно, не истекло. Положись на меня, Дэннер. Я смогу отозвать фурию. Ведь ты видел своими глазами, как я сделал это. Нужно узнать, что помешало на этот раз. Но чем чаще ты беспокоишь меня, тем меньше времени у меня остаётся. Не пытайся искать меня. Когда будет нужно, я найду тебя сам.
Дэннер вскочил. Отчаяние охватило его. Он сделал несколько быстрых шагов к Харцу и тут же услышал тяжёлую поступь фурии за спиной. Он остановился.
— Мне нужно время, — повторил Харц. — Верь мне, Дэннер.
После того как у Дэннера возродилась надежда, положение стало ещё хуже. Чувство страха постепенно исчезло, а на его место пришло отчаяние. Но теперь появился шанс на спасение, надежда, что, если Харцу удастся вовремя спасти его, он снова заживёт яркой роскошной жизнью, ради которой пошёл на риск.
Теперь Дэннер почувствовал, что и в той жизни, которую он ведёт сейчас, есть свои плюсы. Он начал покупать новую модную одежду, путешествовать — разумеется, не один. Ему хотелось обрести людское общество, и он добился этого. Правда, к общению с ним стремились только не слишком нормальные люди. Например, Дэннеру стало ясно, что некоторые женщины испытывают к нему страстное влечение — и не из-за его денег, а благодаря неотступно следующей за его спиной фурии. Их волновала близость с мужчиной, судьба которого была предрешена. Иногда он замечал, как, извиваясь в экстазе наслаждения, они смотрят через его плечо на стоящую рядом зловещую фигуру стальной фурии. Поняв это, Дэннер отказался от таких друзей. А других у него не было.
Дэннер отправился на ракетном корабле в Африку, посетил тропические леса Южной Америки, но ни ночные клубы, ни незнакомые страны не приносили ему удовольствия. Солнечный свет, отражающийся от стальной брони его преследовательницы, был одинаков и в саванне, и в заросших лианами джунглях. Вся прелесть новизны исчезала, когда он слышал за спиной тяжёлые ритмические шаги.
Постепенно эти шаги стали невыносимы. Дэннер попытался затыкать уши ватой, но ноги ощущали тяжёлое сотрясение почвы, и казалось, что голову пронизывает острая боль. Даже когда фурия стояла неподвижно, у него в голове отдавались воображаемые тяжёлые шаги.
Дэннер купил оружие и попытался уничтожить робота. Но потерпел неудачу. Его намерение было тем более бессмысленным, что он знал: на смену уничтоженной фурии тут же появится другая. Виски и наркотики не действовали, и Дэннер всё чаще подумывал о самоубийстве. Но он решил отложить этот последний отчаянный шаг в надежде, что Харц всё же сумеет спасти его.
Он вернулся в город, чтобы находиться рядом с Харцем и надеждой. И снова начал проводить всё время в библиотеке, стараясь ходить как можно меньше, чтобы не слышать за спиной тяжёлые размеренные шаги, которые сводили его с ума. Именно здесь, в библиотеке, он нашёл ответ…
Дэннер прочитал и просмотрел всё, что было известно о фуриях. К его удивлению, справочники содержали массу ссылок на материалы, имеющие отношение к фуриям. Особенно поразило его то, что по прошествии столетий некоторые ссылки приобрели удивительную злободневность. Даже если не иметь в виду строчки Мильтона о «двурукой машине за спиной», ему попадались всё новые и новые: «эти сильные неутомимые ноги, всюду преследующие меня», читал он, «…неумолимая преследовательница», «размеренные шаги, величественное мгновение смерти…».
