Он появился в нашем мире дождливым вечером посреди пустынной дороги. Его нашли и приютили. Он обладает необычными способностями, которыми не умеет управлять. Для приёмной семьи он стал угрозой. Но в этом мире он не одинок. Его ждёт новая большая семья, новые друзья и приключения, о которых можно только мечтать… Здесь нет тёмных демонов, но есть тьма, здесь пока нет страстной любви, но есть дружба. Здесь простое созерцание костра или приготовление вкусной глазуньи, сменяется драйвом битвы и приключений…, и как в старой сказке, герою нужно пойти туда не знаю куда и найти то не знаю что, хотя он и не знает зачем.Можно придумать мир, можно в придуманном мире жить, можно о нем писать, но никто не знает точно, что в действительности происходит с придуманными мирами и чем закончится та или иная история…Книга первая об истории и приключениях Малкольма Стоуна и его друзей.
Взволнованная служанка вбежала в комнату.
— Ваше величество, пора!
Она склонилась в быстром поклоне перед высокой женщиной, стоявшей у окна. Женщина смотрела на черный горизонт. Служанка без лишних слов схватила маленькую колыбель и побежала прочь из комнаты. Королева посмотрела ей вслед. Она отошла от окна, оглядела комнату и хлопнула в ладоши. Вошел старый, но крепкий слуга и поклонился. Королева посмотрела на большую дорожную сумку в углу и вышла. Подняв сумку, мужчина последовал за госпожой.
Недолгий спуск по винтовой лестнице заканчивался в просторном зале. Там уже собрались придворная знать и слуги. Королева печально улыбнулась. Она приветствовала всех легким кивком головы. Королева дала знак, что можно обойтись без церемоний. Люди в спешке стали покидать зал. В комнате остался только один мужчина. Лицо его, уродовал страшный шрам. Его густые, седые, длинные волосы падали на плечи. Борода и брови отливали серебром.
— Сэр, Плеазан.
— Ваше величество.
— Мой муж? — спросила королева.
— Он на стенах цитадели, с Такинавом Тару и его людьми.
— Вы успеете пройти вслед за нами?
— Сначала женщины и дети. Затем мы. Все будет хорошо.
— Хорошо уже не будет.
По щеке королевы побежала слеза. Суровый воин опустил голову.
— Оставьте церемонии, Дальмон, я простая женщина.
— Корона на голове и титул говорят об обратном.
В его голосе чувствовалась ирония.
— Идемте. Чем быстрее уйдете вы, тем больше шансов у нас.
Не поднимая головы, он указал на выход из комнаты и поклонился еще ниже. Королева стремительно покинула комнату. Сэр Плеазан последовал за ней.
Они расстались в тронном зале. Королева остановилась в центре огромного, чудесно украшенного помещения. Она исчезла с легким свечением. Сэр Плеазан коснулся украшения на нагрудном панцире, его голову укрыл шлем. Он прошел в центр зала и оглянулся.
Огромное помещение медленно погружалось во мрак.
Вдруг дальняя стена зала, украшенная картиной дивного леса, начала терять форму. Деревья, казавшиеся живыми, чернели. Листья съеживались со скрипом. Свет как будто боялся коснуться стены. Она полностью почернела и стала медленно менять форму. По ней пошли волны. Они достигли пола и превратили его в мерзкую жижу. Чудесное творение человека, которое радовало глаз, становилось бесформенным Ничто.
Дорога, мокрая от дождя, мерцала в свете фар. Машина мчалась, словно летела над ней, поднимая фонтаны брызг. Джеймс Стоун водил осторожно, но в этот вечер, что-то заставило его потерять голову. Он вдавил педаль газа в пол. Лэнд Ровер рассекал фарами тьму.
— Джеймс, зачем ты так гонишь?
Машина сбросила скорость.
— Что это со мной? — прошептал он и потряс головой.
Оливия Стоун смотрела на супруга.
— Все хорошо?
— Да, милая. Как там Джилл?
— Спит.
Мужчина снова потряс головой. Скорей бы добраться домой и лечь спать. Дождь лил как из ведра. Фары едва пробивали плотную стену воды.
«Так можно с дороги улететь», — подумал Джеймс и отпустил педаль газа.
Дождь утихал. Редкие капли дождя падали на лобовое стекло. Их тут же сметали бойкие дворники. Дорогу стало видно гораздо лучше. Джеймс притопил педаль газа и посмотрел на жену в зеркало заднего вида. Легкая улыбка коснулась ее лица.
«Да. Все хорошо», — подумал он.
В этот миг впереди яркая синяя молния разорвала дорожное полотно. Снопы искр разлетелись в стороны. Мужчина резко нажал на тормоз. Машина устремилась к краю дороги. Он вывернул руль. Шины завизжали, цепляясь за мокрый асфальт. Машина остановилась. Свет фар выхватил из тьмы искореженную дорогу и что-то еще.
— Сиди в машине, я посмотрю, — сказал Джеймс, открывая дверь.
То, что он увидел, его удивило. Дорога походила на раздавленный крекер. Она отражала свет фар, словно какой-то шутник вдавил в дорожное полотно зеркало. Редкие капли дождя падали на него, растекались, а затем вновь собирались в прозрачные, играющие в свете фар шарики. Словно хрустальные бусины, они лежали на поверхности зеркала. Рамой странному зеркалу служил покореженный асфальт. В центре неровного, зеркального образования лежало большое белое яйцо.
Джеймс забыл про осторожность. Его охватило безумное любопытство. Словно о том, что произошло, частенько пишут в газетах и вот удача, это можно увидеть и даже поучаствовать в происходящем.
Вздыбленный асфальт ломался под ногами. Бусинки дождя лежали на поверхности странного зеркала, искрясь колючим светом. Мужчина присел и потрогал, гладкое образование. Руку свела судорога. Водяные шарики растеклись под подушечками пальцев. Он встал и посмотрел на сухие пальцы. Вода предпочла остаться на зеркальной поверхности, вновь превращаясь в искрящиеся шарики.
Джеймс перешагнул границу странного зеркала. Он стоял, покачиваясь с пятки на носок, чувствуя щекотку в ступнях. На лице невольно появилась улыбка.
«Может, хватит развлекаться…» — мелькнула мысль.
Улыбка сошла с лица. Мужчина сделал шаг, другой, наклонился и поднял огромное яйцо.
— Оп-па, какое тяжелое, — прокряхтел он.
