Новое солнце взошло на «седьмом этаже» Кайласа – Солнце Творящей Силы, Солнце нового Творца, забывшего прежнее имя, прошедшего несуществующую Смерть. Свастика сияла над Горой – свастика сияла в сердце Творца.
- Инглия! – пропела одинокая птица.
- Инглия! – прошумел ветер.
- Инглия! – выдохнул Кайлас и пропустил Творца на «восьмой этаж», полный Истинного Света…
Глава 22
- Я созидаю! – сказала Лхаце-Инглия и ступила на «восьмой этаж» Кайласа.
То, что казалось Истинным Светом на «седьмом этаже», на «восьмом» было просто Истиной, и она преподнесла истинные трудности и дала истинные результаты. Лхаце и не подозревала ранее, как трудно быть Творцом, хотя Инглия, что преобразовал все тела человека, вел дальше и творил тонкими женскими руками – творил мир в ином измерении, но сам был еще на земле. Именно созидая, Лхаце постигла настоящую боль, настоящий холод и настоящую тяжесть.
Кайлас приготовил Телу Созидания ловушки-сюрпризы.
Ловушка № 1: дорогу завалило снегом. Снег шел, не переставая, как будто хотел не просто остановить человека, а поглотить его полностью – его и новый созидаемый мир. Лхаце с трудом переставляла ноги и вспоминала Даву, вернее его испытание снегом.
«Что Кайлас хочет мне сказать этой преградой? Что я хочу сказать себе этой тяжестью? – Лхаце-Инглия задумалась и через мгновение дала ответ: - Творение огромно, сила притяжения велика, а мир не желает отпускать Творца».
- Кайлас! Я Творец! Я Инглия! Ты слышишь меня? – обратилась Лхаце к Горе.
Снег усилился – белая пелена смешала небо и землю.
- Мир, который я создаю, чистый и легкий. Так прояви его легко и отпусти Творца. Пусть Творение живет самостоятельной жизнью.
Снег перестал идти, а ноги Лхаце «воспарили» над Горой, не измеряя в сознании сантиметры снежного покрова.
Ловушка № 2 не заставила себя долго ждать: холод морозом обжег лицо Лхаце и ледяной волной прошел сквозь Тело Созидания, сбив порывом ветра женщину с ног, бросив ее на землю – в снежный сугроб. Зубы стучали, руки и ноги коченели. Лхаце попробовала дышать на ледяные пальцы, но все было бесполезно: дыхание также было ледяным. Женщина упала на правый бок и опять вспомнила Даву, вернее его испытание холодом.
«Что Кайлас хочет мне сказать этой преградой? Что я хочу сказать себе пронзающим холодом? – Лхаце-Инглия задумалась и через мгновение дала ответ: - Творение ревнует Творца к новым, еще не рожденным мирам и старается завладеть им – входит в Тело Созидания и гасит Творящий Огонь, не подозревая о том, что своим действием может усыпить Творца и даже уничтожить, прикрываясь любовью».
- Кайлас! Я Творец! Я Инглия! Ты слышишь меня? – во второй раз обратилась Лхаце к Горе.
Слова замерзли в ледяной груди. Холод закрыл глаза, но оставил мысли.
«Мир, который я создаю, чистый и безграничный. Так прояви его в одной капле моей крови и освободи от меня, сделав его самого для себя Богом».
Лхаце достала из котомки нож и надрезала палец. Кровь потекла маленькой струйкой и пролилась на снег, образовав на белой земле красное пятно. Мороз ослабел. Женщина встала на ноги и пошла дальше, не «закрывая» Тело «одеждой» от очередной волны холода.
Тотчас же последовала ловушка № 3: тысячи «иголок» вонзились в легкие. Дыхание замирало, в глазах темнело. Лхаце потеряла сознание. Придя в себя, женщина вспомнила Даву, вернее, его испытание болью.
«Что Кайлас хочет мне сказать этой преградой? Что я хочу страданием сказать себе? – Лхаце-Инглия задумалась и через мгновение дала ответ: - Это боль от Творящей Силы, Творение испытывает такую же. Это боль Созидания!»
- Кайлас! Я Творец! Я Инглия! Ты слышишь меня? – в третий раз обратилась Лхаце к Горе.
Не «иголки», а острые «кинжалы» пронзили легкие человека.
- Мир, который я создаю, чистый и лучезарный. Так прояви его, остановив вращение, даже ценой собственной жизни, ценой бессмертия Творца.
Лхаце извлекла из котомки две части деревянной свастики, крепко связала их все той же веревкой и подожгла концы. Огонь вспыхнул – свастика ожила. Женщина глядела на пылающий знак, увеличивая его в воображении, пока свастика не поднялась над землей в рост Лхаце-Инглии и не остановила вращение. В одно мгновение исчезло все, что причиняло страдания, на мгновение исчез и Кайлас – растворился в лучах свастики.
- Я созидаю! – выдохнул Инглия, и в ином измерении из огненного дыхания Творца появился Новый Мир – все было в нем реальным, все было истинным и не имело боли.
Лхаце-Инглия приблизилась на минимальное расстояние к проявленному миру и осознала: Точка Вхождения находится в нем, он и есть Точка Вхождения, пропускающая на «девятый этаж» Кайласа – в центр настоящей Свастики…
Лхаце вошла в Точку Вхождения, оставив навсегда на «восьмом этаже» Великой Снежной Горы Тело Созидания…
Глава 23
На «девятом этаже» Кайласа Лхаце оказалась в Центре Свастики. Здесь четыре дороги-луча соединялись, смешивались и, обновленные, расходились в прежних направлениях: Атлантида, Лемурия, Эфир и Ария занимали обычные места в знаке Мирового Вращения, сохранив за собой номера в порядке «подхвата» движения.
