Гаскин стушевался:
— Не уверен.
— О чем ты говоришь? — Внезапно Анжела раздражительно зашипела. — О, у меня нет на это времени. Ты отведи Карсона в дом, а я пойду проверить Марту.
— Анжела, — прокричал Генри, — не глупи.
Но, как и Марта до нее, Анжела исчезла в тени туннеля.
Казалось, Дункан страдал от боли, и это не было удивительно. У него отросли острые шипы на плечах и руках, каждая вена в теле выступала над кожей. Но из-за боли его движения стали медленными.
Марта увернулась от протянутой руки, слыша, как когти рассекают воздух за ее спиной, перекатилась по полу туннеля и вскочила на ноги. Дункан развернулся и двинулся вперед, но девушка получила несколько свободных метров. Как оказалось, это было ошибкой. С ужасом она поняла, что оказалась в глубине туннеля, а Дункан блокирует путь к выходу. Она оказалась в ловушке.
Девушка отступила к кирпичной стене и стала перед Дунканом. Его вены уже настолько выпирали, что стали прорываться сквозь кожу. Марта изучала анатомию в медицинском колледже и понимала, что больше это не часть кровеносной системы Дункана. Скорее это походило на бледные корни, прорастающие сквозь тело.
Это походило на белые сорняки, пронизавшие почву и стену позади нее.
На сорняки, которые перемещались по поверхности, оплетая ее пальцы, прижатые к кладке. Они крепко захватили руки девушки, в то время как Дункан продолжал приближаться.
Теперь не имело значения, насколько медленно он двигался. Марта не могла пошевелиться. Все, что она могла, это наблюдать за подходящим колючим монстром.
Вдруг Марта почувствовала за спиной какую-то вибрацию. С громким треском камни начали освобождаться из объятий почвы и сорняков. Она заметила кирпичи и раньше, но у нее не было времени, чтобы рассмотреть их лучше.
Бен и Дункан добрались до колодца, они закончили туннель Гаскина. И теперь что-то выталкивало кирпичи из внутренней части колодца.
Белые сорняки, словно потревоженный клубок змей, извиваясь, упали на землю в облаке земли и пыли. А Марта открыла рот, чтобы закричать, когда грязная рука высунулась в образовавшееся отверстие и схватила ее.
За рукой последовала голова, и никакое количество пыли не могло замаскировать взъерошенные волосы и тонкие жизнерадостные черты лица ниже.
— Привет! — сказал Доктор, протискиваясь в отверстие.
Он вылезал, таща за собой пыль и сорняки. В конце концов, его длинные ноги запутались, и Доктор выпал в туннель, схватившись за Марту. Доктор посмотрел на девушку своими темными глазами, блестящими от радости, и широко по-ребячески улыбнулся:
— Ты часто здесь бываешь?
— Доктор! — это был крик и облегчения, и страха, потому что сорняки все еще удерживали Марту, оттягивая ее от Доктора.
— О, не нужно! — Доктор яростно пнул ногой в цепкие корни.
Побеги немного скрутились при нападении, и Марта смогла освободиться. Доктор схватил ее за руку:
— Уходим.
И тут же остановился.
— Стой! — закричал он.
Перед Доктором стоял Дункан. Или тот, кто раньше был Дунканом. Весь в острых шипах и инопланетных сорняках, проросших сквозь тело.
— Дункан? — вздрогнул Доктор. — Знаешь, ты плоховато выглядишь.
Безжалостные глаза выступали из глазных впадин как луковицы и не отрывались от Доктора.
— Возможно, я смогу помочь. Ведь я, в конце концов, Доктор. Скажи а-а-а.
Дункан с ревом раскрыл полные острых зубов челюсти. Его рот светился зеленым, словно гниющее мясо.
— О, это выглядит не очень хорошо, — произнес Доктор. — Что скажете, доктор Джонс?
Марта нервно сглотнула:
— Ну, это не тонзиллит.
— Очень точный диагноз. Я иду налево, а ты вправо. Сейчас!
Девушка отпустила руку Доктора и обогнула Дункана с правой стороны. Краем глаза она заметила, что Доктор двигался с противоположной стороны. Дункан расстеренно закружил на месте и пропустил их обоих.
Доктор и Марта вновь схватились за руки и побежали по туннелю.
— Ха! — торжествующе выкрикнул Доктор. — Бадабум!
— Что с ним случилось? — спросила Марта.
— Понятия не имею!
— Но мы видели такое прежде — когда изменился Барни Хакетт…
— Не совсем. Барни Хакетт быстро разрушился. Дункан все еще жив, и это хорошо… — Доктор сделал паузу и обернулся. — Или, по крайней мере, он все еще жив.
Они бежали по туннелю.
— Где мы?
— Это туннель Найджела Карсона. Он выходит к особняку Гаскина. Карсон и Гаскин работали вместе.
— Ну вот, — на бегу пожаловался Доктор. — Я спустился в колодец и все пропустил.
Анжела уже пожалела о своем желании последовать за Мартой. Она ничего не видела в кромешной темноте и шла на ощупь. Анжела спрашивала себя, что заставило ее войти в туннель. Это не было порывом, свойственным молодым, таким как Марта. Анжела говорила себе, что прямо сейчас надо остановиться и повернуть назад.
Но Анжела Хук никогда не отступала. Кроме того, лучше находиться здесь, чем бессмысленно слоняться возле входа и спорить с Генри.
Она передохнула несколько минут около стены, восстанавливая дыхание. Сэди постоянно напоминала, что она уже не так молода, как прежде, но Анжела всегда спорила.
