Со стаканом красного вермута Аглая подсаживается к волшебнику и Шеру в тот момент, когда одна из команд в телевизоре над ними получает право на пенальти.
– …Нет, – качает головой Муратов, – сам лично эти работы я не принимал. Для этого есть специальные люди. Кто? Наш тогдашний главный инженер, Вазин Антон Борисович. Аглая, он еще работает у вас?.. А подпись, разумеется, моя – как генерального директора… Павел, мы уже заканчиваем? А то барышне с нами скучно, – улыбаясь, смотрит он на своего бывшего главного бухгалтера.
– Да, еще минуту.
Повернув голову к телевизору в другом углу, Аглая видит, как игрок устанавливает мяч, готовясь пробить по воротам соперника. Хмурое, сосредоточенное лицо вратаря так похоже сейчас на лицо Павла, записывающего ответ Муратова. Игрок разбегается и наносит удар. Мяч попадает в правую от вратаря штангу.
* * *
– Да зачем вам моя компания, Аглая? – смеется Шер. – Ваш протеже не просто так весь допрос взгляды кидал на улицу, где вы там… Вряд ли он обрадуется, если я останусь.
Прищурившись, Аглая смотрит на бывшего директора.
– Мне кажется, вы что-то неправильно увидели.
– Ну, может быть, – улыбаясь, Муратов поднимает вверх руки. – В любом случае, сами разберетесь, без меня. А мне еще домой ехать. Рад повидаться и помочь вам.
– Спасибо, Шерзод Давронбекович, – произносит Аглая. –
–
–
Она через витрину провожает взглядом Муратова, который выходит на улицу, садится на мотоцикл и надевает на голову шлем. Словно почувствовав, что на него смотрят, Шер оборачивается и машет Аглае рукой. Та салютует бывшему генеральному стаканом.
– Теперь отмечаем? – появляется у столика вышедший из туалета Павел.
– Догоняй, – Аглая салютует и ему.
– А это у тебя что?
Аглая разглядывает улыбающегося Павла, потом спрашивает:
– Шер говорит, ты весь допрос на меня томные взгляды кидал, да? А как же семья?
Смешавшись, Павел присаживается за столик.
– Не поэтому кидал. И не томные ни разу. Просто немного опасался, что ты там снаружи, одна… – видно, что он пытается подобрать слова и не может. – Еще утром был уверен, что лечу в Барселону с нормальным человеком, не ожидал, что ты…
– Ага, – кивает Аглая, снова вспоминая книгу Павла из самолета, – ебанутая, как Настасья Филипповна…
Павел хмыкает:
– Ну, не до такой степени. Но твоя тезка из книжки, Аглая Ивановна, если разобраться, тоже девица адская…
Сразу после завтрака дед Иван интересуется, чем бы Даньке хотелось заняться в эту пятницу. Тот знает, что когда взрослые так спрашивают, лучше не отвечать, что вот, было бы здорово до самого вечера рубиться на смарте в «Овощной апокалипсис», потом быстренько поужинать чем-нибудь вроде персикового компота из банки и снова, облизывая перепачканные сладким сиропом губы и пальцы, залипнуть в игру. Залипнуть до самой ночи или даже пока не пройдет целиком, сразившись в конце с самым биг-боссом – мутировавшей от всяких минеральных удобрений Тыквой, которую дядя Костян почему-то называет «Хреном-с-Горы».
Но сегодня врать не приходится. Данька рассказывает дедушке, что давно хочет сходить в «Гранд Макет России».
– Куда?
Ну как так? Ничего эти взрослые не знают. Приходится дедушке, как маленькому, объяснять, что за «Гранд Макет».
– Там даже модель тюрьмы есть, – выкладывает Данька прибереженный напоследок козырь.
Услышав про тюрьму, дед Иван хмыкает и говорит:
– Ладно, окунек. Собирайся.
Ура!.. А что ему собираться? Через три минуты он готов. Пританцовывая от нетерпения, стоит в прихожей большой дедовой квартиры, в которой всего две комнаты, как и у них с мамой, но комнаты огромные, настоящие стадионы, а одна еще и соединена с кухней. В этой кухне Данька спит на диване, прямо напротив висящего на стене большого телевизора. А еще в квартире есть длинная застекленная лоджия, которую дедушка называет «теплицей», потому что на ней расставлены горшки со всякими цветами. Из окон лоджии видны деревья парка через дорогу. Даньке нравится торчать в «теплице», сидя на одном из двух стоящих там высоких стульев и глазея на улицу.
Дедушка появляется из спальни, одетый в костюм, в котором ходит на работу в свой ресторан. Данька мельком думает, что хотел бы, когда состарится, выглядеть, как выглядит сейчас дед Иван. Есть в его резком профиле, в седине, в быстрых глазах и скупых движениях что-то благородное и одновременно суровое, опасное даже. Чем-то дед Иван похож на Бэтмена из фильма про Темного Рыцаря, только постаревшего.
На улице хмуро, с залива поддувает простудный ветерок. А мама, наверное, уже прилетела в свою Барселону, где жарко и можно спокойно купаться. При мысли о купании Данька ежится от холода.
