Шел Ерофеев дальше от деревни к деревне, записывал в свой блокнот разные малоутешительные сведения и все больше осознавал, какой груз он добровольно взвалил себе на плечи. Встретил в Шумилине участкового агронома Сашу Лазарева, проверявшего посевное зерно. Разговор с ним запомнился.
— Знакомитесь с хозяйством? — спросил Саша. — Не разочаровались?
— Я знал, что иду не на готовое, но и прежняя моя работа районного зоотехника по коню меня не устраивала своим формализмом. Иногда к какой-нибудь кампании напишешь заметку в райгазету на тему: больше внимания развитию коневодства в колхозах. Призываешь увеличивать поголовье лошадей, а оно год от году убывает. Знаешь о том, как гробят лошадей на вывозке леса зимой, знаешь о падеже и знаешь тщету собственных усилий. Хотелось конкретного дела, вот и взялся за гуж. Столько разных неполадок, что, откровенно говоря, не знаю, с чего начать.
Агроном, сидя на пороге клети, попересыпал с ладони на ладонь овес и, хоть был молод, ответил с деловитой обстоятельностью:
— Начинать следует с земли. Во-первых, некоторые поля в вашем колхозе каменисты — навести на них порядок. Во-вторых, поскольку вывозка минеральных удобрений со станции затруднена расстоянием, поля наши остаются малоудобренными. В-третьих, если будем сеять вот таким несортовым зерном, хорошего урожая ждать нечего. Семеноводством большинство колхозов, можно сказать, не занимается.
— А что ты скажешь насчет кукурузы? Нас обязали в этом году сеять ее.
— Не знаю, что получится на здешних землях. В среду при МТС состоится научно-производственная конференция специально по кукурузе, там послушаем. Фильм покажут. Главный агроном ознакомит, как готовятся смесь и торфоперегнойные горшочки для выращивания кукурузы на семена. Вот, собственно, и вся научность.
— Жена говорила, что у них в школе к этому делу привлечены все школьники: каждому дано задание изготовить по сто горшочков.
— Сомнительная затея, однако будем пробовать.
Ерофеев знал, что без советов специалистов ему не обойтись, но не предполагал, что можно услышать их от молодого агронома. Чувствовалось, что знания, приобретенные в институте, не соответствовали прозаической действительности, и это его угнетало. Ерофееву сразу же понравился толковый парень с широким, заметно скуластым лицом и упрямыми складками над переносицей.
— Ты, Саша, верно все говоришь, но одним годом столько проблем не сдвинешь, порядка на полях не наведешь. Нам же сейчас прежде всего нужны деньги, чтобы строить. Ты посмотри на нашу контору, ведь это прокуренный овин. А на ферме что творится!
— Деньги, Степан Данилович, скорее всего может дать лен.
— Зато и возни с ним больше всех, не зря до сих пор остался в ригах, и на поле видел перезимовавший прямо в бабках.
— Это сейчас он стал обузой для многих колхозов, потому что деревня обезлюдела. Во-первых, район наш, вы знаете, всегда считался льноводческим: особенно заметны успехи абросимовцев были в тридцатые годы: сколько человек тогда наградили орденами и медалями, и все за лен. Я вам потом покажу одну любопытную книгу, где есть полная характеристика нашего района. Во-вторых, лен, который лежит в ригах, при расторопности председателя можно было сдать. Даже сейчас еще не поздно сделать весенний расстил на незатопляемых водой местах; я говорил об этом Охапкину, да он в последние дни махнул на все рукой. Плакали денежки. В-третьих, урожайность льна обеспечена, это не эксперимент с кукурузой. Вы думаете, «Рассвет» на каких дрожжах поднялся? На льне, спросите самого Миронова. Ведь если полностью убрать лен и сдать тресту, можно озолотиться. Вот давайте посчитаем.
И Саша Лазарев начал загибать пальцы, рассудительно повторяя: во-первых, во-вторых. Уже тогда, при первом разговоре, Ерофеев почувствовал его увлеченность льноводством и сам понял, какие выгоды оно сулит, особенно после того, как Саша дал ему почитать обещанную книгу, статистический порайонный сборник тридцатых годов, в котором было убедительно сказано: «Абросимовские льны по своим качествам гораздо выше, чем в других районах области (значительная часть продукции льноволокна поступает на базу «Льноэкспорт»). Лен везде занимает ведущее место в посевах. Почвы, среднеподзолистые суглинки, вполне благоприятствуют такому развитию культуры».
Той же весной Ерофеев рискнул почти удвоить площадь под льном, и он действительно уродился на славу, но местами полег из-за дождей, так что комбайном не везде можно было взять. Теребили руками ткачихи, присланные из города, и школьники. Ерофеев в те дни лишился сна, организовал ударник: поднимали тресту, вязали в толстые снопы и сразу грузили на машины. Всех старух мобилизовал, пообещав им овса для кур. Еще начальнику Новоселковского лесопункта Данилову спасибо — выделил две машины и людей. Поработали с настроением; даже весело, как-то празднично было при таком многолюдий.
