— они могут арестовать и, не исключено, даже казнить вождей оппозиции, включая Ельцина, возродить жесткую цензуру для средств массовой информации, запретить деятельность оппозиционных политических образований и возродить жесткий централизованный контроль над экономикой;
— при всей тяжести экономической ситуации военные расходы будут сокращаться меньшими темпами;
— притом, что основное внимание будет сосредоточено на восстановлении внутреннего контроля, внешняя политика станет менее гибкой. Прогресс в контроле над вооружениями окажется чрезвычайно затруднен, но уже существующие соглашения будут, вероятнее всего, соблюдаться. Советские «активные меры» усилятся, и если внутреннее положение временно стабилизируется, руководство займется поиском удобных предлогов для восстановления советского влияния за рубежом, при условии, что политическая и экономическая цена таких усилий окажется не слишком высока;
— режим займет значительно более агрессивную публичную позицию по отношению к Западу, а внутри развернется кампания сваливания всех бед страны на происки Запада. Хотя режим все еще будет заинтересован в экономическом сотрудничестве, его политика создает крайне неблагоприятный климат для совместных экономических предприятий и других форм сотрудничества.
Независимо от дальнейшего хода событий нынешняя политическая система в СССР обречена. Если власть, широко используя силу и репрессии, захватят традиционалисты, они смогут на время восстановить контроль над большей частью страны, но не сумеют обеспечить долгосрочного решения проблем, прежде всего экономических. При таком режиме резко вырастет политическое и социальное отчуждение, демократические и националистические движения почти наверняка возродятся вновь.
Время, однако, работает против традиционалистов. Чем дольше не используется сила, тем слабее становятся их позиции. Службы безопасности продолжают распадаться, в то время как демократы и движения в республиках набирают силу и организованность. Более того, по мере дальнейшего движения экономики по нисходящей, волнения трудящихся почти наверняка обретут более серьезный характер, стимулируя давление в пользу системных изменений.
Даже если Горбачеву удастся удержаться, его преобладающая роль в советской политической системе сошла на нет и больше не возродится. Резкое падение его власти практически невозможно обратить вспять.
Если спустя год он еще останется на своем посту, то к тому времени вероятнее всего уже произойдет процесс фактического перехода власти к традиционалистам или, что еще вероятнее, к реформаторам. Чем дольше будет откладываться переход, тем сложнее окажется политическая и экономическая ситуация, тем вероятнее угроза насильственных потрясений, тем сложнее будет, кому бы то ни было осуществлять эффективное управление страной».
Анализ сделан глубокий. Здесь чувствуется почерк работы и «агентов влияния», и самой разведки, а также конкретные наработки деятельности легальной резидентуры США в Москве.
Тревожные мелодии в ударах западных колоколов, к сожалению, простолюдины нашей Отчизны не услышали. Их уловили с обратным смыслом ненавистники России.
Сегодня мы ощущаем последствия глухоты современного высокого чиновничества. Развал России США и их союзники выстраивают по лекалам вышеупомянутого планирования.
Как известно, организация Североатлантического договора — это военно-политический союз, который был создан на основе Североатлантического договора, подписанного 4 апреля 1949 года в Вашингтоне двенадцатью государствами: США, Великобританией, Бельгией, Нидерландами, Люксембургом, Канадой, Италией, Португалией, Норвегией, Данией, Исландией.
В преамбуле договора сказано:
