По этому поводу власти некоторое время стыдливо молчали. А вот молодые люди — тринадцати-пятнадцатилетние мальчишки решились на протест против лжи и обмана, недобросовестности следствия, моральной проказы, зажравшихся коррумпированных взрослых дядь — чиновников, гнилой части нашего чиновничества в исполнительной власти; против вооруженных до зубов и жестоких омоновцев, показавших себя не с лучшей стороны осенью кровавого 1993 года.
Молодежь потребовала привлечь к уголовной ответственности убийц — выходцев из Северного Кавказа. Какая разница, какой национальности преступник! Он преступник — убийца…
Было очевидно, что власть перед кавказцами уже который год заигрывала и заигрывает, словно замаливая свои грехи за две войны. Дошло до того, что чиновники поставили под запрет словосочетание: «лицо кавказской национальности». Но называем же мы — лицо африканской, еврейской, прибалтийской, украинской, славянской внешности. И ничего…
Природа, а не власть одаривает людей определенными внешними признаками лица, цвета кожи, разреза глаз и т. д. Преступных наций нет, но есть преступники, отморозки среди каждой нации. С ними и надо бороться, не глядя на национальную принадлежность.
Но вернемся к событиям 11 декабря…
Перед глазами картина: толпой неумело бегут на омоновцев подростки, и стражи порядка отбиваются и отступают, мало не покажется. И надтреснутые крики еще неокрепших подростковых глоток: «Москва — русский город! Москва — русский город!».
И в этом возгласе совсем не утверждение, не восклицание, а недоуменный вопрос, опять же, к взрослым русским дядям с «резиновыми успокоителями»: «Москва — русский город? Москва — русский город?»
Со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Гости должны принимать и воспринимать посещенное место — город или село. Своими россиянами— соотечественниками, соединявшими русских с северо-кавказскими народами, как ни странно, делали войны разных лет.
В Первую мировую и Великую Отечественную войну все народы России и Союза сражались вместе за единое Отечество. Вспомнить хотя бы лихие дела кавалеристов кавказских полков, так называемой «Туземной» дивизии, под руководством потомка генерала Багратиона в 1914–1918 годы.
И опять же воинов-кавалеристов генерала Плиева в 1941–1945 годы. Но были и поганые времена в 1944 и 1 994 годы со сталинской депортацией кавказских народов и ельцинской войной в Чечне. Именно эта последняя, преступная война выдавила более 500 тысяч славян с этой республики, не говоря о десятках тысяч загубленных наших солдат, офицеров и мирных граждан. В этой войне впервые в угоду американцам, наших воинов стали называть непривычным брендом — «федералы!»
Автору доводилось гостить неоднократно на Кавказе, но ему и в голову не приходила мысль называть аборигенов баранами, гнилыми тварями, глупым стадом, не присвистывать и не причмокивать вслед каждой кавказской девушке или относится к ней как к шлюхе. Попробовали бы мы там так вести себя — нам бы так накостыляли, что мало не показалось.
Так почему москвичи должны терпеть подобное? Подчеркиваю — не все так себя ведут. Знаю много очень воспитанных, умных и интересных кавказцев, которые чтят традиции предков, покоряют своим радушием и которые каждой женщине могут дать понять, что она мадонна. Они в одинаковой степени любят как свой дом, так и столицу России — Москву.
Но то, что случилось 11 декабря 2010 года, когда уроженец Кабардино-Балкарии Аслан Черкесов выстрелил в человека и убил его, высветило и другую сторону медали. Мы стали стесняться того, что мы русские, что мы москвичи — жители этого славного старинного города. Отсюда соответствующая реакция властей и милиции.
Эту мысль автор прочел и в интервью известного русского писателя с украинскими корнями Виктора Трифоновича Слипенчука. Он его дал журналистке газеты «Аргументы недели» Екатерине Дуваниди. Анализируя те события, он смело вычертил контуры причин происшедшего:
