По рассказам Леонида Ильича его отец — Илья Яковлевич, был рабочим металлургического завода. После революции его избрали небольшим начальником «фабрикатором», т. е. техническим работником и он, очевидно, взял себе фамилию мужа сестры своей жены. Дело в том, что для многих евреев смена фамилии была способом окончательно быть принятым «своим» в России.
Как пишет Андрей Буровский:
Относиться к неясностям биографии Брежнева можно по-разному. У меня эти «неясности» порождают в основном сочувствие к людям, вынужденным фальсифицировать свои биографии.
Скорее всего, Леонид Ильич Брежнев был полуевреем по отцу. Известно, что он хорошо знал польский язык, что типично для польских местечковых евреев, живших в России. В разных анкетах он называл себя то украинцем, то русским. Сталин считал этого черноволосого и с обильно-мохнатыми бровями — молдаванином. При нем Леонид Ильич был первым секретарем Молдавии, затем многонационального Казахстана.
Для русского коммуниста карьера весьма необычная: во главе партийных организаций республик всегда ставили представителя титульной нации. Возможно, была у Л.И. Брежнева примесь молдавской, румынской либо цыганской крови. Сталин очень редко ошибался».
В 1928 году Брежнев женился на Виктории Петровне Денисовой. На самом деле есть сведения, что она являлась племянница приснопамятного Льва Мехлиса — Виктория Пинсуховна Гольдберг.
Но все эти подробности не столь важны. Главное — у Брежнева сложилась неплохая карьера, что свидетельствует если не о большом уме, то, по крайней мере, о большой работоспособности и умении ладить с людьми, как с начальством, так и с подчиненными…
И он это качество доказывал как на фронте, так и в мирное время. Как и все политики умел вовремя сказать к делу, а без дела — промолчать, что тоже двигало личность вверх по карьерным ступеням.
Был у Брежнева брат — Яков Ильич (1912–1993) — тоже металлург. Маленький, рыжеволосый, подвижный, он пользовался большим успехом у женщин. Как-то Яков Ильич заметил, у Брежневых — это явление родовое, наследственное.
Племянница Л.И. Брежнева — внебрачная дочь Якова — Любовь родилась в 1944 году. Ее мама беременной ушла от Якова Ильича в Магнитогорске, узнав, что у него в Москве есть семья — жена и дочь. Со временем он стал злоупотреблять спиртным и спиваться.
Помниться в 70-80-х годах он слыл «свадебным генералом». Его, родного брата самого Леонида Ильича, модно было приглашать на торжества в разные компании. Любовь Яковлевна не любила семью Брежневых и негативно отзывалась о российских руководителях…
Перед самым развалом СССР она эмигрировала на Запад, и с 1990 года живет в США.
Если верить словам, изложенным ею в книге «Племянница генсека» Леонид Ильич понимал зыбкость старой системы, но и перестраивать ее не желал. В одной из бесед он прямо заявил:
В последнем предложении он оказался прав. Резня и стрельба началась со всевозможных «стрелок», начиная с «окаянных девяностых» в момент перераспределения госсобственности, ваучеризации и залоговых аукционов.
Л.И. Брежнева на закате политической карьеры поразил старческий маразм, но его держали у руля государства такого же возраста кореша по Политбюро, боясь любого молодого преемника. Для многих из них служба была своеобразной синекурой. Доживали они свой век по принципу — чего не знаешь, за то не отвечаешь. Обруч круговой поруки крепко стягивал коллектив, члены которого знали, выпадет главное звено, рассыплется вся властная цепочка и рухнет личное благосостояние.
Но вернемся к Леониду Ильичу.
Давало знать больное сердце.
Он курил, часто прикладывался к чарке. В последнее время врачи ему говорили:
— Леонид Ильич, свою цистерну вы уже выпили, пора завязывать.
Он соглашался, стал меньше брататься с бутылкой, но курить не бросал. Его лечили и от этой пагубной привычки. По линии охраны в специальной лаборатории КГБ ему даже изготовили портсигар с хитрым замком, который можно было открыть только раз в 45 минут.
Тогда он попросил своих охранников, чтобы они курили прямо в машине. Даже ругался, если в салоне не пахло сигаретным дымком. Охрана внесла коррективы, поэтому, когда открывали дверцу автомобиля генсека, салон покидали сначала клубы сизого дыма, а потом вылезал он. Получается, Леонид Ильич наслаждался результатами пассивного курения — это тоже Брежнев.
На склоне лет у него появилась какая-то детско-старческая незащищенность. Он был добр, мягок, старался помочь, обращающимся к нему знакомым. Любил охотиться на диких кабанов. Однажды, это было за несколько лет до смерти, он обратился к начальнику личной охраны генерал-майору Александру Рябенко:
