Колокола тревог полностью

Пленум ЦК КПСС, состоявшийся 15 декабря 1969 г., заслушал доклад Брежнева «О внешней и внутренней политике». Впервые он был вынужден признать факт неблагополучного положения в экономике, и призвал от экстенсивного развития срочно переходить к интенсификации.

«Это, — подчеркивал он, — становится не только главным, но и единственно возможным путем развития нашей экономики…Мы вступили в такой этап развития, который не позволяет работать по-старому, требует новых методов и новых решений».

Все вожди и дальше говорили одно и то же, но так и не показали, как же работать по-новому. И все же двое показали: Горбачев и Ельцин! Новизна их работы видна сегодня — разрушенное Великое Государство и обломанная с краев Великая Россия…

Так что Леонид Ильич оставил своим предшественникам не столько спокойную жизнь, но и проблемы, которые тянулись с двадцатых годов, но они не были катастрофическими.

Приход Андропова к власти после смерти Брежнева не был результатом политической борьбы вокруг дальнейших планов развития государства. Победа гарантировалась удачей в «подковерной» борьбе, где он легко отодвинул одну группу своих конкурентов, используя обвинения в коррупции и взяточничестве — Щелоков и Медунов, а такие реальные претенденты на престол, как — Машеров и Кулаков, ушли из жизни странным образом.

Запад Юрий Владимирович «купил» не перспективами реформ, а историческим решением, разрешающим выезд евреев из СССР. Это была серьезная взятка Западу за его терпимое отношение к приходу Андропова к рулю власти в Советском Союзе. А грехов по оценке Запада ему можно было много навешать: борьба с диссидентством и инакомыслием, психушки, создание 5-го управления, травля Солженицына и Сахарова и многое другое.

В книге Татьяны Грачевой «Невидимая Хазария» читаю:

«Валерий Болдин, впоследствии вступивший в ГКЧП, вспоминал:

— После пленума ЦК, избравшего Андропова Генсеком М.С. Горбачев ходил веселый и торжественный, как будто избрали его. А вечером, когда я зашел к нему с документами, не удержался и сказал:

— Ведь мы с Юрием Владимировичем старые друзья, семьями дружим. У нас много было доверительных разговоров, и наши позиции совпадают».

По словам Горбачева, он еще в середине 70-х за «рюмкой чая» обсуждал с Андроповым на Северном Кавказе, куда тот приезжал на отдых, положение в Политбюро, состояние здоровья его членов и, прежде всего, Брежнева.

«Нельзя Политбюро ЦК формировать только из людей преклонного возраста, — сказал он тогда Юрию Владимировичу. — У хорошего леса всегда должен быть подлесок.

Потом, — вспоминал Горбачев, — когда избрали меня в Политбюро ЦК, Андропов, поздравляя, сказал:

Ну, что «подлесок», давай действуй…»

Но «подлесок» так и не стал лесом — не вырос.

Андропов в своей статье «Учение Карла Маркса и некоторые вопросы социалистического строительства в СССР», а также в выступлении на июньском 1983 года пленуме ЦК партии отмечал:

«Если говорить откровенно, мы еще до сих пор не изучили в должной мере общество, в котором живем и трудимся, не полностью раскрыли присущие ему закономерности, особенно экономические. Поэтому порой вынуждены действовать, так сказать, эмпирически, весьма нерациональным способом проб и ошибок».

В этих словах больной Андропов дал толчок мыслям, в каком направлении должен действовать его последователь. А он его уже выбрал на ведущую роль в стране, им был М.С. Горбачев. Хотя, последний не мог похвастать чем-то серьезным в части успехов возглавляемого им участка, — сельского хозяйства. Оно было в запустении. Шла борьба с «неперспективными» деревнями, ликвидировались по селам школы, магазины, медпункты. А как же жить селу? Приходилось только выживать за счет огородов и отправлять детей в города на заработки!