Пьер уговаривал Демона прийти в гей-клуб и выбрать себе постоянного парня, “тебе никто не откажет”, но Демон не чувствовал в себе сил на новую связь. Все силы уходили на борьбу с бесконечной, разрывающей болью, которая вгрызлась в него и не отпускала ни днем, ни ночью.
Пьер особо не настаивал, соглашаясь с Демоном, что “еще пока рановато”.
Страшнее всего были одинокие ночи, когда снотворное переставало действовать слишком рано, и Демон вскакивал задолго до утра.
Его мучил один и тот же сон – он целовал избитому Принцу ноги. Мог ли он что-то сделать тогда? Как-то удержать?
Желание увидеть Принца хоть на секунду, хоть словом, хоть вздохом обменяться с ним, доводило Демона до исступления, он даже обдумывал возможность самоубийства, но что-то его удерживало. Может, он догадывался, что Пьер не пожалеет о нем, а лишь гадливо сморщится и скажет: “Туда ему и дорога, слабаку!” Ради чего себя убивать, если никто и оплакивать не будет!
Демон мечтал сесть в автомобиль и поехать по следам своего вероломно неверного любовника, догнать, уговорить вернуться. Останавливало только то, что Демон определенно точно знал, что Принц откажется – ему и так весело. И он не вернется, пока Нарцисс жив!
Демон рисовал себе картины, как он убьет Принца, когда тот приползет к нему и будет молить о прощении.
Одновременно, Демон был готов отдать все за то, чтобы Принц хотя бы позвонил ему! Да пусть и не ему, а Пьеру! Хоть один звонок!!!
Находясь на грани помешательства, Демон много пил в выходные дни, за что получал затрещины и ругательства от Пьера.
- Зачем мне жить, если его нет! – говорил он Пьеру.
Демон курил марихуану, вызывал образ Принца и говорил с ним:
- За что, Принц? За что? Почему ты так и не полюбил меня?!?
Единственное, что скрашивало его жизнь – то что Пьер не бросал его.
- Чем я еще могу помочь? – спрашивал Пьер.
- Больше уже ничем не поможешь. Он не разбил мне сердце, Пьер! Он вырвал его вместе с венами и артериями! Я чувствую внутри себя огромную кровоточащую рану. Я хочу умереть. Я не могу больше терпеть.
- Смею напомнить, – отвечал Пьер, – что Принц был и мой любовник! Я тоже люблю его, черт возьми! Все, кого я любил, меня оставили – Ганс, Ангел и Ричи, а теперь и Принц! Мне тоже тошно, но меня никто не утешает, а я все теряю и теряю! Это сейчас я тебе нужен, ты принимаешь меня, говоришь со мной, а заведешь любовника – поздороваться забудешь при встрече! И ты почему-то решил, что в целом мире страдаешь исключительно ты один! Все страдают, Демон! Любовь состоит из бесконечного страдания и лишь коротких мгновений счастья!
Пьер, желая отвлечь Демона от тяжких мыслей, постепенно перевел разговор на светские новости – кто с кем сошелся, расстался, кого ограбили, а у того угнали машину. Демон все это впитывал в себя с огромным трудом.
- Тяжело нам, геям, – неожиданно выдал Пьер. – Как мы жестоко любим! Держись, Демон, держись!
И сжимал ему руку. Демон держался. Он ходил на работу, следил за домом, готовил еду. Пьер каждый раз проверял холодильник и устраивал Демону жестокую выволочку, если еды, по его мнению, было недостаточно, или она была плохой.
Между ними не обошлось без ссор. Как-то Демон обвинил Пьера, что тот все знал и скрыл от него.
- Ты не мог не знать! – орал Демон. – Он делился с тобой всем! Наверняка говорил, что собирается бежать с Нарциссом!
- Думай, что хочешь, – холодно ответил Пьер. – Он мне не говорил ничего. Ты жил с ним и должен был чувствовать! Знаешь, я заметил, что у меня пропал пузырек с клофелином. У меня дома полно всякого дерьма, но я не придал этому значения, подумал, что куда-то закатился. Это было в тот день, Демон, когда мы продавали часы и ходили за кольцами! Ты способен понять, что он обручился с тобой, уже зная, что сбежит и обворует тебя! И этим обручением он оставил тебя за собой, чтобы ему было куда вернуться! Хватит мучиться – ты не мог его удержать! Хватит!
Демон закрыл глаза – боль оставалась на прежнем уровне, она просто не могла стать сильнее!
- Пьер, мы такие слова говорили друг другу, когда обручались! Он и тогда, получается играл?!
- Демон, сложно понять, что в голове у Принца! Я думаю, что он будет манипулировать кольцами – заявится в один прекрасный день и скажет – вот он я, хороший или плохой, а ты обязан принять меня. Да, скажет, я немного погулял, но я вернулся, люблю тебя еще больше, так сильно скучал и страдал, понял, что в жизни мне нужен только ты. Или скажет, что хотел испытать на прочность ваши чувства, особенно твои.
Слушая Пьера, Демон словно слышал голос Принца. Да, так он, пожалуй и скажет!
- Надоел ты мне! – в сердцах сказал Пьер. – Одно и то же – убью его, убью себя, убейте меня! Трахаться надо больше! Приходи в гей-клуб, а то сидишь тут, как граф Дракула!
- Пьер, я могу тебя попросить?
- За деньги – что угодно, – оживился Пьер. – Даже раком встану!
- Нужно бы прибрать в комнате Принца и вывести куда-нибудь все его вещи. Забери себе, раздай своим ребятам, в комиссионку к Луи отвези... Сам я не могу... туда войти...
