Там он тщательно выскоблился мочалкой, несколько раз вымыл голову. Он боялся выходить и тянул время. Посмотрел на себя в зеркало и показался себе уродливым. Он приуныл – куда ему до Принца! Он знал, какое у Принца шикарное тело, шелковистая кожа.
Малыш решился побрить ноги. Он вооружился бритвенным станком, щедро намазал ноги пеной и побрил, затупив два лезвия. Теперь ноги были безупречно гладкими, а вот руки волосатыми – ужасно. Малыш взял третье лезвие и стал брить все подряд, где только мог дотянуться – руки, грудь, живот. Четвертое лезвие стало абсолютно негодным, когда он побрил половину лица. Малыш поискал по шкафчикам – неужели все запасы истощились? В одном из отделений он нашел тяжелый железный станок, наверно из прошлого века, таких уже и не производили. Он развинтил его, вставил обыкновенное лезвие и аккуратно добрил подбородок, было несколько болезненно. Потом задумался, его не покидало ощущение, что что-то он не добрил.
- Ты скоро? – окликнул его Демон из-за двери.
- Я все, я уже выхожу.
Он осторожно поводил лезвием внизу живота, было больновато. Потом собрался духом и поставил одну ногу на край ванны. Раз уж решил быть совершенством, так надо идти до конца! Одно движение, второе, третье. Неожиданно в паху его пронзила острая боль.
Округлившимися от ужаса полуслепыми глазами Малыш смотрел на струи крови, которые потекли по ноге на пол, в ванную, растекаясь и пузырясь среди пены. Малыш выронил лезвие и зажал порез рукой, кровь безудержно хлестала сквозь пальцы.
Малыш понял, что сейчас вся кровь из него вытечет и он умрет страшной и позорной смертью. В панике, он наклонился, чтобы поднять оброненное лезвие, но неловко поскользнулся, упал, ударился коленом. Это было последней каплей. Малыш безудержно зарыдал. Обидно и глупо умирать вот так совсем молодым!
- Ты скоро? – опять спросил Демон. – Ты так долго, уже полтора часа прошло, с тобой все в порядке?
- Да!
- Открой дверь! – потребовал Демон, чувствуя по голосу Малыша неладное.
- Нет!
Малыш, в попытке подняться с пола, случайно надавил ладонью на злосчастную бритву, порезал ладонь и опять упал на бедро. Тут уж он зарыдал во весь голос, оплакивая всю свою судьбу вместе с сиротским детством.
- Немедленно открой! – бесновался у дверей Демон. – Я сейчас дверь выломаю! Ты что там творишь над собой? Вешаешься что-ли? Открывай, дери тебя черти!!!!
Жалобно подвывая, Малыш дотянулся до задвижки и открыл. Пусть Демон видит его позор, теперь уже все равно.
- Господи! Да ты тут себе вены режешь!!! – ужаснулся Демон. – Показывай руки!
- Я случайно... у-у-у....
Зрелище было живописное – зареванный и окровавленный Малыш на кафельном полу.
- Что это? – Демон бешено тряс его. – Где ты взял этот станок? Ему уже сто лет, он сувенирный, им нельзя бриться!
- Я б-б-брился, порезался, у-у-упппал...
- Ты весь в крови!
Демон облил Малыша душем, что было нелегко – Малыш не давал руки, упорно прикрывая ими интимные части тела, Демон дал ему подзатыльник, Малыш опять завыл, но позволил окатить себя водой и перебинтовать руку. А вот из паха кровь уже не текла, слава богу. Про этот порез Малыш ничего не сказал – и так опозорился.
Демон накинул на Малыша халат и они вышли на кухню. Демон налил ему чая с мятой и медом. Малыш сидел перед чашкой с застывшими глазами. Порез меж ног болел невыносимо. Мало того, там горело все как от огня, очевидно, грубое лезвие ободрало нежную кожу.
- Звонил Луи, – попытался завести разговор Демон, – пригласил нас завтра вечером в гости. Пойдем, в карты поиграем?
- Ага, – тупо согласился Малыш.
Он сомневался, что сможет завтра вообще ходить!
- Ты вот скажи мне, чудо-юдо, зачем ты взял этот железный станок? Я им никогда не бреюсь, мне подарила его мама на четырнадцать лет! Там было четыре или пять одноразовых!
- Они затупились...
- Как? А чем я завтра утром буду бриться?
- Не знаю! У-у-у..
Малыш опять завыл, а Демон смотрел на него в полном шоке, ничего не понимая.
- Чудной ты, Малыш! Ты что, решил перерезать себе горло станком, потому что боишься внимания с моей стороны? Так ведь не хочешь – не надо, я тебе говорил это. Я не принуждаю, не хватало мне греха на душу! Но мне показалось, что тебе вроде как понравилось... Или ты жалеешь и решил свести счеты с жизнью?
Малыш тут же перестал выть и выпучил глаза:
- Нет! Я не жалею! Мне все нравится! Я хочу с тобой, Демон!
- Ну а что же ты тогда сидишь, убитый горем. Ну упал, порезал руку, мы ее перевязали, все заживет!
“Надо ему сказать, – с ужасом думал Малыш, – вдруг там что-то серьезное? Боль дикая!” Малыш тяжко вздохнул.
- Демон, ты только не смейся, я еще кое-где порезался...
- И где же?
- Там...
- Где, там?
- Ну, где? Там!
Очень редко, кто мог наблюдать, как господин Демон смеется, а вот Малыш наслаждался этим жутковатым зрелищем почти минуту.
- Ну ты и идиот! – наконец, сказал Демон. – Вот придурок! И кто же это надоумил тебя такое сотворить? Твой дружочек Анжи? Этот тебя научит! Еще та шлюха!
- Анжи – не шлюха!
- Я никогда, тупая твоя башка, не требую от своего друга, что бы он себе что-то где-то брил!
- Но Принц...
