- Ох, Анжи. Я же должен еще тебе сказать. Совсем забыл. Не даром говорят, что каждый человек думает только о себе. Ну, в общем, Луи мне все рассказал про тебя, несколько месяцев назад, я в курсе твоей проблемы.
- Только не это, – застонал Анжи. – Ну сегодня и день... Повеситься мне что ли?
Он по прежнему упорно избегал взгляда Малыша, теперь совсем отвернулся.
- Да я и сам догадывался, – сказал Малыш.
- Да? – Анжи стрельнул в него убитым взглядом. – И как?
- Я давно заметил, что ты, когда идешь в туалет, всегда закрываешься на задвижку. Анжи, поверь мне, когда парни дома одни, никто так не поступает, отлить – дело нехитрое. Меня заинтересовал этот момент. Я решил подслушать, и узнал, что ты, чтобы сходить по маленькому, опускаешь стульчак и садишься. Это мне многое объяснило, все твои отказы, пойти на пляж, в сауну, к девушкам, то, что ты меня домогаешься, и, одновременно, отталкиваешь. Я понял, что твой член так мал, что его длины не хватает пустить нормальную струю, поэтому тебе приходится садиться. Природу этого я не мог понять. Я сам спросил у Луи, в чем тут дело. Он изумился моему вопросу, так как, грешным делом, считал, что мы с тобой любовники и периодически пошаливаем. Потом Луи объяснил мне, что это врожденное, а не результат ампутации или травмы. Размеры несчастья, Анжи, мне тоже известны. Извини, что я об этом так бесцеремонно говорю, но и ты пойми, что это не катастрофа мирового масштаба. Ты мой друг, я знаю и люблю тебя не один год. Поэтому, давай уже придем к какому то совместному решению по поводу нас.
Анжи молчал, переваривая информацию. Потом посмотрел на Малыша и улыбнулся уголками губ.
- Ну а что тут думать? Даже хорошо, что ты про меня все уже знаешь. Какие вы все наблюдательные, и ты, и Пьер как-то пронюхал. Мне, я думаю, тоже уже пора взрослеть и перестать комплексовать, хотя бы перед своими. Пошли, Малыш, домой. Я уже замерз. Ну ты и наговорил мне сегодня. А когда мы познакомились, я думал, что ты почти немой.
- Многие тогда тоже так думали, – рассмеялся Малыш. – Когда я жил у Пьера, меня считали глухонемослепым. Сколько же тайн я узнал!
В лифте, они стояли друг против друга, через плечо Малыша Анжи смотрел в зеркало на свое измученное лицо. Они оба дрожали от волнения и предвкушения. Лифт, казалось, ехал бесконечно. На верхней площадке не было света – вот так элитный дом! Анжи не мог найти ключи по карманам, потом попасть в замочную скважину, руки его тряслись, его трясло, словно в ознобе. Малыш посветил ему телефоном.
Они ввалились в темный коридор. Телефон Малыша полетел в сторону, Анжи выронил ключи.
Они накинулись друг на друга, как изголодавшиеся звери, целуя и кусая, срывая одежду. Они не могли найти дорогу в спальню, не могли раздеться, путаясь в пуговицах, рукавах и штанинах, наконец, упали на кровать, задыхаясь от поцелуев, объятий и желания. Оба уже имели достаточно опыта, Анжи долго жил с одним активным партнером, а Малыш хорошо погулял по чужим постелям. Анжи с упоением почувствовал великолепный член Малыша у себя внутри, подался вперед, к нему, и опять впился в него губами, а может быть и зубами. Оба стонали от наслаждения и боли. И оба кончили, едва успев начать, по молодому, просто от перевозбуждения.
После, на обоих напал смех.
- Кто-то мне говорил, что дверь надо закрывать, – хохотал Малыш. – Дверь в подъезд нараспашку, весь дом, наверно, слышал, как мы орали, с первого этажа и по двадцатый.
- И кто прозвал тебя Малышом? – говорил Анжи. – Ничего себе, малыш. Тебя, блин, надо было прозвать Крепыш.
- Да ладно! Пойду дверь закрою.
Малыш ушел, а Анжи остался лежать в блаженстве. Слишком, неправдоподобно хорошо. В этой квартире происходят чудеса. По рассказам, Ганс в первый раз трахнул Пьера тут же, в этой счастливой квартирке. У Анжи здесь был первый секс с Луи, и вот теперь с Малышом.
Малыш вернулся, робко прилег рядом. Анжи обхватил его обеими руками, прижался лицом к его волосам.
- Но он же встает у тебя, все нормально, – шептал Малыш, – со стороны физиологии все в норме, ты и кончил через него...
- Да, но размер, вернее отсутствие всякого размера...
- Вот уж действительно, печалька. А операцию ты сделать не хочешь?
- Нет, ни за что, я никогда не лягу под нож, тем более, речь идет об интимном месте. Так буду жить...
- Луи мне сказал, что знал до тебя парня с членом размером, как у тебя, примерно пять сантиметров, правда, он был гермафродит, у него не было яиц, и член не вставал.
- Я знаю эту историю. У меня есть ощущение, что Луи ее придумал, чтобы доказать, как мне сказочно повезло. Толку-то, что встает? Я все равно никогда никого не трахну.
- А хотел бы? Если хочешь, меня трахни, без проблем.
- Ты смеешься? Я не смогу войти...
- А что тебе, интересно, может помешать? Давай, Анжи, засади.
- Ты ничего не почувствуешь...
- На данный это момент не важно, а потом, что-нибудь придумаем.
Малыш занял выгодную позицию на четвереньках. В комнате было совершенно темно, это вселило в Анжи уверенность.
