- Степа, или веди в камеру, или убери грабки, — Александр стеганул опера взглядом, не предвещающим ничего хорошего. — На меня уже не в первый раз точат зубки, да пока все без толку. Неужели ты думаешь, что я все так просто оставлю, когда выйду отсюда? Да не переживай, куда я денусь из кабинета следователя, да еще на третьем этаже. А потом, Валковский ведь этому только обрадуется, он уже через полчаса возбудит уголовное дело. И ты думаешь я доставлю ему такое удовольствие? Вон, лучше пойди у девчат чаю попей.
Задорно подмигнув Степану, Александр уверено толкнул дверь в кабинет старшего следователя Вялых. Видя девушку стоящую перед его дверью, а так же учитывая степень тяжести совершенного преступления, он предположил, что делом занимается именно он.
- Наталья Игоревна, я же… А это ты Саня. Извини, но времени совсем нет, — запустив пятерню в шевелюру, и отбрасывая волосы назад, попытался выпроводить посетителя хозяин кабинета.
- Сереж, это что же получается, из органов долой, из сердца вон?
Не обращая внимания на слова молодого, худощавого капитана, Ладыгин шагнул в кабинет и прикрыл за собой дверь. Потом прошел к столу, подхватил стул и по привычке, повернул его и уселся верхом. Потом облокотился на спинку и уложив на руки подбородок, одарил старого знакомого самой обворожительной улыбкой. Их связывали давние отношения. Если дело оказывалось не по части прокуратуры, то неизменно оказывалось в руках капитана юстиции Вялых.
- Ты чего Саня? При чем тут твое увольнение? — Даже растерялся капитан, являя собой весьма уморительную картину.
Ну никак его облик не тянул на лицо занимающее вполне ответственную должность. Но как ни редко это случается, в отношении него, такое впечатление и впрямь было обманчивым. Этот парень, не достигший тридцатилетнего рубежа, весьма ловко управлялся со своими подчиненными, и обладал непростым характером. Но данное обстоятельство не мешало ему болезненно реагировать на замечания по поводу неблагодарности или пренебрежения дружбой.
- Ясно, — сокрушенно произнес Ладыгин, — до тебя дошли слухи о том, что меня подозревают в убийстве.
- Да ну тебя. Я-то думал… А он прикалывается.
- А чего же тогда ты меня отсылаешь?
- Просто действительно нет времени. Прокурорские всю плешку проели. Переквалифицировали дело в отношении Лебедевой и теперь требуют чтобы я передал его им.
- Дело с перспективами на обогащение?
- Я бы не сказал. Скорее тут проблема в том, что некий опер уволился из органов и у них слегка поплыли показатели, что в преддверии намечающегося повышения прокурора не ко времени. А это дело поможет слегка подкорректировать показатели. Вот и подгоняют меня.
- Ясно. Опять мухлюют. Ну да я тебя на долго не задержу. Слушай, а что это за красавица у тебя под дверью ждет?
- Так она и есть, Лебедева Наталья Игоревна.
- Она?
- Ну да.
- Так, давай-ка поподробнее.
- Саня, ну правда нет времени. Да и зря ты на нее глаз положил. Во-первых, она сейчас в таком состоянии, что подкатывать к ней бесполезно. Во-вторых, серьезно настроена на искупление вины. Настолько настроена, что даже отказалась от именитого адвоката, подписывает все что не подсунь, словом уже неделю в таком шоке, что не приведи Господь. Я-то не злобствовал, но прокуратура чувствую оторвется. Устроят показательный процесс. Как никак общественный резонанс. Город на ушах стоит. А ты разве не в курсе?
Как ни стыдно было Александру, но он был вынужден признать, что впервые за многие годы, он не знал, что происходит в родном городе. Последние месяцы он настолько поглощен делами Колонии, что практически не обращал внимания на происходящее вокруг.
- Сереж, а в двух словах, — сам не зная отчего все же решил настоять Ладыгин. Вот хотелось все разузнать в подробностях и все тут.
- Саня… — Вялых встретился взглядом с собеседником и махнул рукой, — Ладно. Если коротко, то две бабы поймали варежку. Мамаша, твердолобая дура, которая не глядя по сторонам поперла как бульдозер по пешеходному переходу. Понятно, что по закону права, но мозги же нужно включать. Вторая, Лебедева, за рулем о чем-то там задумалась, ну и как результат поздно среагировала. Правда, нужно отдать должное, переживает искренне, даже в больничке откачивали. Бабки имеет, но откупиться не пытается, хотя намеки ей и делали. Хм. Даже просила меня, поспособствовать тому, чтобы переписать свою квартиру родителям погибшей девочки. У них с жильем не очень.
- Без каких бы то ни было условий? — Искренне удивился Александр.
- Ну да.
- Слушай, а она вообще кто такая?
- Родом отсюда, с отличием закончила медицинский университет. Причем без денег. Подавала очень большие надежды. Ее даже сманили в Москву, где она пробыла несколько лет. Но два года назад вернулась сюда.
- Выгнали?
- Я забрасывал удочки, шеф озадачивал. Она там хирургом работала в частной клинике, очень престижной, надо сказать. Подозреваю, что угодила в какие-нибудь интриги. А может, поднабралась опыта, набила руку и сюда.
- Сменить Москву на наш городок? — Усомнился Александр.
