Он упал, не успев пробежать и половины пути до нас. Через минуту он был полностью связан. Я начала наращивать слой паутины.
- Виктор готов. Отила где-то рядом. Основная проблема - Ночь и Туман.
- Ладно. Насколько ты уверена в своих силах? - Сплетница взглянула на меня.
- Я могу попробовать справиться с Ночью, но не с Туманом.
- Регент?
- Будет прикольно.
- Посмотрим, смогу ли я подманить их, - ответила я. - Держитесь позади.
- Будь осторожна.
Наше предыдущее столкновение с Ночью и Туманом прошло ужасно. Оно случилось несколько месяцев назад, и мы проиграли вчистую. После этого я снова и снова прокручивала в своей голове тот бой, особенно после того, как узнала о силе Выверта. Если он создавал альтернативные временные потоки и выбирал результат, если он использовал свою силу, чтобы спасти нас, что же произошло во втором потоке? Мы погибли?
Меня бесила сама мысль о том, что я обязана жизнью Выверту, потому что я ненавидела его. Я ненавидела его за то, что могла бы примириться со своей злодейской карьерой, если бы он не извратил её, заставляя меня совершать поступки, о которых я постоянно и мучительно сожалела. Он использовал меня, чтобы мучить и контролировать маленькую девочку, манипулировать ею.
Злость заставляла меня снова и снова думать, как я могла бы поступить в тот раз. Каждый новый трюк, каждая техника, каждая стратегия, которая приходила мне в голову, проходила внутреннюю проверку, обкатку в условиях предыдущих столкновений - особенно тех, где мы не сумели достойно проявить себя.
Насекомые позволяли мне наблюдать за Ночью. Я ощущала, как она изменяется, когда выпадает из поля зрения как своих, так и наших бойцов. Я не гналась за ней, но следила за её движениями, когда она становилось многоногой, подвижной, быстрой как молния, смесью из лезвий и когтей, и заходила на нас с фланга.
Я подозвала Атланта.
До тех пор, пока я наблюдала за ней, Ночь не могла поддерживать другой облик. Но и как человек она тоже опасна: Ночь постоянно была готова использовать множество способов, чтобы ослепить или отвлечь противников, пытавшихся не спускать с неё глаз. Светошумовые гранаты, дымовые шашки, плащ, готовый превратиться в сеть, и покрытый крючками, цеплявшимися за волосы и за костюм.
Туман сохранял форму облака и неумолимо надвигался на нас. Он был способен изменять свое газообразное тело и мог уплотнять газ так, чтобы удерживать предметы. Если кто-то вдыхал или проглатывал частичку такого газа, он уплотнялся в легких или перекрывал кровоток, что приводило к очень серьёзным внутренним повреждениям.
Птица-Хрусталь прекратила сыпать стеклянные осколки на наших врагов и принялась стягивать стекло с окрестностей, воздвигая преграду. Но осколки прилегали друг к другу неплотно. Очевидно, Регент освоил далеко не все навыки Птицы-Хрусталь, у него плохо получалось дробить стекло на маленькие кусочки, чтобы они точнее подходили друг к другу и плотнее закупоривали прорехи в щите.
Туман замедлился, но не остановился, ему удавалось просачиваться сквозь зазоры между осколками.
Пронзительный скрежет стекла о стекло заполнил улицу. Регент латал дыры, прижимая к ним кусочки стекла. Барьер оказался несовершенный, но лучше, чем мы ожидали.
Ночь замерла. Она явно рассчитывала использовать для прикрытия облако Тумана, поэтому без него замешкалась
Я готовила насекомых к выполнению своей части плана.
Должна признать, я нервничала. Я сражалась с Левиафаном, сражалась с Девяткой, но всё равно Ночь не тот противник, над которым можно посмеяться.
Туман сумел проникнуть достаточно далеко, чтобы закрепиться и разломать барьер Регента.
- Очень сложная в использовании сила, - пожаловался он. - Нужна высокая концентрация.
- У тебя получается.
- У меня получается, потому что она мне помогает. Я так думаю.
- Тогда будь осторожен, - сказала Сплетница, - не доверяй ей.
- Довольно сложно не доверять ей, если только ты не хочешь, чтобы Туман добрался до нас.
Возможно, Птица-Хрусталь прекратит помогать в критический момент, чтобы нас убили? Да, вероятно. С другой стороны, возможно, она помогает нам только потому, что не хочет погибнуть сама.
- Выдвигаюсь, - сказала я. - Держите оборону. Если будет нужно, бегите. Мы практически победили, надо просто довести дело до конца.
Я забралась на Атланта и взлетела в воздух. Если план провалится, я улечу, а Сплетница и Регент не смогут. Вариант, когда Ночь преследует меня, а у остальных есть возможность сбежать - лучше, чем если я приведу её к ним.
Насекомые набросились на Ночь, пытаясь облепить её чужеродные угловатые конечности шелковыми прядями.
Мало шёлка, много ног. Не сработало. Может быть, что-то получилось бы, пойми я, как работает её тело или как сгибаются ноги, но каждый раз, когда я опутывала шёлком сустав, он выворачивался в обратную сторону и сбрасывал паутину на землю.
Раздражает.
Насекомые не находили ничего, что могло быть органами чувств. Ни глаз, ни чего-то подобного. Ничего уязвимого для перцового баллончика.
Ладно. Попробуем по-другому. Я отозвала насекомых с шёлковыми нитями и, приближаясь к ней, изменила их строй.
