В тот же момент, когда она ухватила рукой эту вазу, я обхватил в объятия её саму и тут же жадно начал целовать её в лицо и шею. Естественно, вовсю гуляя своими шаловливыми руками ещё и по всем её прелестям, так как ничего с собой поделать уже просто не мог. Так как мозги у меня уже просто задымились от её опьяняющего своим жаром и теплом податливого женского тела. В особенности от нежной округлой девичьей груди, в которую я тут же вцепился рукой и начал её усердно мять в своей ладони.
— Ах ты сволочь! — пропищала она уже явно испуганно, начав вовсю брыкаться в моих руках что-то попискивая про то, что она со мной потом сделает. Затем неожиданно оставила это безнадёжное дело и, повернув голову, изумлённо взглянула на меня.
— Ты что делаешь, упырь⁈ — пискнула она растерянно, дёрнувшись ещё пару напоследок в моих руках на всякий случай.
— А то ты не знаешь! — прошептал я, сдирая с неё уже одной рукой явно лишние здесь трусики, другой же я крепко прижимал к себе в это время её саму.
— Нет! — пропищала она жалобно, но её глаза, как я заметил, говорили совсем другое, так как в них тут же блеснуло опасное пламя, и в ту же минуту, словно в подтверждение этого, я почувствовал, как на меня будто обрушился потолок.
Что означало только одно, она нанесла мне явно сконцентрированный ментальный удар. Это было сродни тому буд-то тебя огрели по голове огромной дубиной, отчего у меня на мгновение потемнело в глазах и даже чуть не подкосились ноги. Файна была плодом любви человека и кайровки и поэтому ей видимо перепали кое какие способности от её матери. Но судя по всему не очень большие, так как я довольно быстро пришёл в себя и помотав головой рассмеялся и погрозив ей грозно пальцем заметил:
— Ты так больше не делай, ладно, детка? А то мне придётся тебя за это наказать! — после чего я тут же, приподняв её в воздух, закинул на плечо и понёс к кровати. У меня ведь тоже родители были не от мира сего и много чего смогли и мне передать по наследству.
Приземлившись благополучно на неё, она, приподнявшись на руках, гневно посмотрела на меня и явно не дружелюбно пригрозила мне.
— Только попробуй тронуть меня, дурак, тут же распрощаешься со своими яйцами! — при этом её грудь так очаровательно и бурно вздымалась, а глаза испепеляли меня своим пламенем, что я не удержался и тут же начал избавляться от всего ненужного на этот счёт гардероба.
— Да как скажешь, моя радость. Без тебя они мне всё равно не пригодятся! — заметил я великодушно, приближаясь к ней уже с вовсю воспарившим от такого счастья дружком.
Узрев его, она что-то невразумительно испуганно пискнула и начала вовсю колотить меня ногами, правда, недолго, так как я их тут же загнул к потолку и залез своим языком прямо в её нежный ларчик.
— О о о… У у у у! — промычала тут она что-то вконец нечленораздельное, но на этот раз уже явно с наслаждением.
Почувствовав, что её ларчик уже готов к принятию гостей, я начал медленно вводить в неё своего обнаглевшего уже вконец дружка, проникая им всё глубже в раздвигающуюся перед ним пещерку. Чувствуя, как он, пульсируя, расширяет всё больше проход внутрь её лона, она изогнулась всем телом и тоненько заскулила:
— У у о й. Сволочь! А а й! О о о й!
Подождав, пока её киска привыкнет к своему теперь уже постоянному у неё гостю, я начал натягивать её уже в полную силу. Вгоняя под её поскуливание свой распирающий от вожделения член чуть ли не по самые яйца. Отчего та, уже перестав что-либо соображать, просто то стонала, то скулила, то повизгивала, извиваясь всем телом. Через некоторое время когда в результате извержения своего вулкана я уже выпустил прогуляться в ней всех своих потенциальных спиногрызов, она наконец придя в себя от пронёсшегося по ней цунами уставилась на меня оими дивными глазками и ехидно поинтересовалась:
— Ну что утолил наконец своего похотливого мерзавца, изверг⁈
— Да пока как-то ещё не совсем, моя милая! — заявил я смущённо, начиная опять поглаживать её сочные груди.
— Что⁈ — вскричала та в ужасе, пытаясь тут же отползти от меня как можно подальше на кровати.
— Да ничего такого, детка. Просто надо посмотреть, как она его примет с другой интересной позиции! — заметил я для научного просветления и тут же под её яростное повизгивание и попискивание начал переворачивать её на живот.
Вот так я и начал жить вместе с этим дивным созданием — Фейной. Правда, у меня до сих пор возникает иногда интересный вопрос: кто кого на самом деле тогда охмурил, и так ли случайно там оказалось открыто в тот раз окно…
ГЕОГРАФИЯ:
Панацея — планета на которой разворачиваются все события.
Клоака — название реки, на которой расположены основные прибрежные города упоминающиеся в произведении. Простирается через весь континент на 10 тысяч км. Ширина русла расходиться до 10 км в самом широком её основании. В самом узком достигает полтора километра. Имеет сотни островов на своём протяжении.
Мраморное море — участок на самом деле океана, откуда появляются «Тамфы» с другого материка «Аркии» населяемого ими.
ЦИВИЛИЗАЦИИ:
